Девушка из Моря Кортеса стр. 87
ее подводную гору, значит, его жадность, по крайней мере, на какое-то время отложит массовое уничтожение животных.
Но ее очень обеспокоило, что Хо и Индио втащили на борт большую сеть со свинцовыми грузилами, предназначенную, очевидно, для того, чтобы дотянуться до самой вершины подводной горы.
Убедившись, что все остальные покинули причал, Хо завел мотор и направил лодку в открытое море. В тот момент он не знал точно, где находится гора, но был уверен, что теперь, когда у него нет помехи со стороны Па-ломы или других рыбаков и есть целый день впереди, он рано или поздно найдет ее. Он попросит одного из приятелей внимательно наблюдать через смотровой ящик, а сам будет бороздить большой участок моря вдоль и поперек, пока не проплывет над горой.
Благодаря поверхностным и донным течениям, а также передвижению обильных косяков мелкой рыбы и других маленьких тварей, скорее всего, Хо не сможет сразу причинить много вреда. Конечно, он забросит сеть, даст ей опуститься, но, возможно, вытащит только несколько отставших от стаи иглобрюхов. Большие косяки крупных каранксов или кабрио постоянно передвигаются с места на место в поисках пищи, и поймать их в тот момент, когда они проплывают рядом с подводной горой, можно только по случайности.
Однако рано или поздно это случится — если не в это утро, то к вечеру, если не сегодня, так завтра, ведь над горой проплывает огромное количество рыбных косяков. И даже если Хо, по незнанию, забросит сети в самом неподходящем месте в неподходящее время, все равно когда-нибудь он или его дружки заметят крупный косяк через свой смотровой ящик.
Палома глядела вдаль, пока кильватер от лодки брата не сравнялся с рябью на море и белый корпус ее не слился с отблеском солнечного света на воде.
Причал опустел, и теперь она сможет заняться починкой своей лодки, никого не потревожив. Палома отыскала куски брезента и несколько досок, вырезала из них подходящие по форме куски, которыми можно заделать дыру изнутри и снаружи. Она приколотила их на место и заделала щели смолой.
Затем она направилась в сторону дома.
Миранда металась по дому, как взволнованная птичка. Палома знала, что мать встревожена и нервничает, но при этом и радостно возбуждена — в общем, испытывает дюжину разных эмоций, каждой понемногу, и некоторые из них дополняют друг друга, а какие-то противоречат остальным, так что в целом в голове у нее царит сплошная неразбериха.
В основном Миранда была, конечно, счастлива, что дочь решила остаться с ней и заняться женской работой. Ей очень хотелось, чтобы Палома удачно провела день,
поскольку она боялась, что в противном случае дочь немедленно вернется к своим морским похождениям — и на этот раз навсегда.
Миранде так хотелось вернуть себе дочь — и компаньона, которого забрал у нее Хобим, когда стал брать дочь с собой в море. Ей хотелось, чтобы она могла гордиться Паломой, гордиться тем, что та помогает матери в повседневной работе. Растить девочку для того, чтобы та делала женскую работу по дому, считалось в их обществе нормой и правильным воспитанием. Это вернуло бы Миранде положение нормального человека, кого бы общество приняло и с кем обращалось бы, как со всеми остальными. Ей очень хотелось