Девушка с проблемами стр. 74
женщине – весь, до донышка!
И что такое с ним приключилось сейчас?
Секс такой, что ли, супер-пупер? Да фигня!
В его жизни было столько секса, разнообразного в вариациях и импровизациях! Один раз его партнерша так распалила, что он на время впал в прострацию – и такое было, правда, по молодости! Чего только не было!
Любовь?! Да не приведи Господь!
Спаси и сохрани!
Было в его жизни две любви. Большие, настоящие, как ему тогда казалось, с планами и мечтаниями о семье и куче сопливых детишек! Прошли как-то! С потерями, не без этого, душевными и пространственными дырками в мужском самолюбии, но прошли, пережили!
Но при всей той любови-моркови, с мальчишеской щенячьей радостью обладания любимой женщиной, чтобы вот так, как сейчас!!
«Может, возраст, – уговаривал он себя, – может, так закрутило, потому что хотел ее с самого начала и испугался за нее?»
Что с ним такое приключилось? Ему все это не надо!
Не надо – и до всех глубин мужского сознания, до всех потрохов хочется, мечтается именно так, как сейчас случилось с этой женщиной!
Он осознал, что довольно давно лежит, распластавшись на кровати, и молчит, варится в своей злости, недоумении, рассуждениях и панике. А ведь ему, как хроническому холостяку, ценителю и знатоку женщин, лучше всех известно, что они нуждаются в нежности и участии после секса и ждут этого.
Вот что она там думает, лежа рядом и принимая его молчание вместо привычных, обязательных в этом случае слов, поцелуев и «ты самая, самая…»?
Лежит, закрыв глаза, молчит, раскинув руки, – и что?!
Ничего от него не ждет? Или, не дождавшись, свою думу думает, не менее тяжкую?
Тело Ивана само по себе вдруг вспомнило, что пережило несколько минут назад, и такое на него нахлынуло!! Он захотел ее до одури, наверное, больше, чем до этого момента – хотя одному богу известно, куда еще больше!
Он перевернулся и лег на Сашку, с ходу нашел ее губы и поцеловал, сильно, грубо – наказывая за свои страхи и недоумения.
Оторвался, как вынырнул, и сказал хрипло:
– Еще!
– Еще! – рассмеялась женщина под ним, не уступая ему в страсти, принимая его всего, со всеми его страхами, недоумениями, безответными вопросами – всего, и он это чувствовал!
И повторилось неистовство запредельное, ярко, сильно, пугающе. И она орала, презрев все условности, а он вторил ей, хрипя всем нутром, первобытно обозначая свое обладание!
На самом пике Санька, доведя до предела его мужское самодовольство, отключилась. Вот так взяла и отключилась!
Пережив пьянящее ощущение суперлюбовника, Иван вдруг испугался не на шутку. Господи, она натерпелась сегодня, такое пережила, а он тут! Что он натворил?!
– Санечка! – тормошил он ее.
– А? – пришла сразу она в себя, всмотрелась ему в лицо и улыбнулась. – Ива-ан!
И так она это сказала, что его захлестнула неизвестная во всей его прежней жизни теплая нежность, желание оберегать и… благодарность.
– Сашка… – прошептал он.
Не зная, как сказать, передать словами, что чувствует, он выразил это поцелуями, короткими, то нежными, то жалящими.
И… и испугался! Клюнул последним поцелуйчиком, откатился на другую часть просторной кровати, прикрыл глаза локтем – отстраняясь от нее, насколько мог.
Она перевернулась на бок и подвинулась к нему.
– Не бойся, Гуров, –