Библиотека

Дежавю с того света стр. 149

Размер шрифта
-
+
Тема

тусклостью, только руки в перчатках, сцепленные в замок, выдавали напряжение. И вдруг на какой-то вопрос Зыбина, который Марго даже не услышала, Нинель ответила дрогнувшим голосом, который и заставил графиню очнуться:

– Я… я очень боюсь смерти. – Она прикрыла веки, между ее бровями пролегла страдальческая складка. – Да, боюсь. Это так ужасно, мучительно…

В голосе Зыбина прозвучали новые нотки, да и в лице появилось нечто новое, Марго ощутила в нем мужскую мощь, хотя произнес он тихо:

– Вам положено бояться, бога-то в душе вашей нет, да и души не имеете. Бойтесь, сударыня, бойтесь.

Марго не выдержала, воскликнув:

– Вы боитесь смерти и жаждете жить, а девушки? Они были прекрасны и молоды, они так же хотели жить, им страшно и мучительно было умирать.

Тут-то Марго и увидела истинную Нинель:

– Да как вы смеете ставить вровень меня и этих девок? Это быдло, скот. Они предназначены служить нам, что у них есть, их жизнь принадлежит нам. Когда на вашей тарелке лежит мясо, разве вы думаете, как его добыли? Видите кровь, которую пролили? Вы едите мясо, с удовольствием едите. Это одно и то же.

Когда ее увели, Марго не могла отделаться от впечатления, что дух этой страшной женщины остался в кабинете, он давил на нее. Долгая пауза дрожала

в воздухе, только перо писаря громко скрипело по бумаге. И Зыбин был шокирован, оттого молчал, но вот он с трудом повернул свой корпус:

– Чего приуныли, ваше сиятельство?

– В себя не могу прийти… Тем не менее еще пять девушек, предназначенные в тарелку этой ведьме, живы, четыре из них и не подозревают, какая над ними висела угроза. – Марго посмотрела на Зыбина с дочерней любовью и улыбнулась. – Благодаря вам.

– Полноте, сударыня, дело-то не умом расследовано. Цепь случайностей. Ежели бы вашему брату не приглянулась сестра Медьери, вы не узнали бы о венгерской графине. Не встретил бы случайно господин Терновой Настасью, не полюбил бы ее, не вернулся бы за ней и не спас от смерти, да не пришел бы в полицию – мы нашли бы барышню мертвой и до сих пор искали бы убийц. Случайности… Но кто их послал нам в помощь? А девиц захоронили безымянными-с… м-да.

Илларион утром поздно поднялся сам не свой, мрачный… аж страшно. Не брился, только три ведра воды на голову вылил. Маменька полотенце приготовила, но сын не взял его к колодцу, а когда вернулся, она накинула его на голову мальчика и давай вытирать, ласково приговаривая.

– Не трогайте меня, маменька, – увернулся он. – У меня горе.

– Батюшки мои, это ж какое такое горе? Со службы прогнали?

– Нет-с. Сережка-ирод отбил у меня Настеньку, невесту мою себе забрал.

– А… – протянула понимающе маменька, постукивая пальцами по нижней губе. – Так это та самая…

– Что? – насторожился Илларион. – Что та самая? Вы про кого?

В разрезе занавесок появилась голова Шуры, она все слышит, ничего не утаишь от нее:

– Недавно Хавронья Архиповна приходила, жалилась. И ступеньку проломила! Первую снизу, когда домой пошла. А я ведь говорила…

– Погоди со ступенькой, – захлопотала у стола маменька, усадила сына, тарелку перед ним поставила. – Ничего, пройдет твое горе, сладкий мой. Покушай вареничков с творогом, сметанка вот… Шура с утра бегала на базар, свежая.

Илларион подпер щеку

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.