Дядя самых честных правил стр. 70
всей России. Причём механика вся изготовлена орком. Ура мне и Прохору!
— Константин Платонович! — Александра схватила меня за плечо и, глядя с восторгом, воскликнула: — Это вы сделали, да?! Вы гений!
Если бы рыжую сейчас видела Танька, она бы ей все космы повыдергала, честное слово.
Глава 20 — Угроза
Пока Прохор надевал сбрую на механического коня, я спросил у рыжей:
— Александра, вы смогли увидеть эфир?
Она чуть-чуть помедлила и покачала головой:
— Я не уверена. Ничего такого не заметила.
— Нестрашно. Чтобы видеть эфир, нужен регулярный опыт. Будем развивать практикой.
Говорить ей, что эта способность проявляется не сразу, я не стал. Увы, некоторым людям приходится ждать годами, пока она раскроется. Но сейчас нельзя подрывать уверенность девушки в своих силах.
— А теперь посмотрим, на что годится наша лошадка.
Хоть конь был на вид неказист, прихрамывал на заднюю правую ногу и не отличался скоростью, но тянул грузы не хуже заграничных поделок, а, может, даже и лучше. Приёмистость у него была что надо. Хочешь паши, хочешь вези тяжести. Без ветерка, зато гарантированно. И дорогой спирт ему не требуется, как Авалонским коням, только дёготь — для смазки и охлаждения магического движителя. А вы думали, что я с Добрятниковым зря торговался?
— Вы, барин, — Прохор почесал в затылке, — прямо настоящий механикус. И без меня бы сделали.
— Не скромничай, — хлопнул я его по плечу, — ковать я не умею. Ты вот что, Прохор. Возьми коня да погоняй его недельку. Съезди по деревням, не знаю, заказы собери, к примеру. Попросят помочь — не отказывай. Надо посмотреть, как под нагрузкой станет ходить, слабые места найти.
— Сделаю, барин.
Прохор осклабился. Ему будет копеечка в карман, а коню эксплуатационные испытания. Так сказать, сочетание приятного с полезным.
— А как его зовут?
— Что? — я обернулся к рыжей.
— Коням надо обязательно давать имена. Тем более он первый, родоначальник.
Вот уж о чём я не думал, так об имени для механического коня.
— Твоя идея, ты и называй, — махнул я рукой.
Александра подошла к коню и погладила металлическую шею.
— Я назову тебя Буцефал. А ласково пусть зовут Буцик.
Мне в горло что-то попало, так что я закашлялся. Юмор у моей ученицы не хуже моего, однако.
— Константин Платонович, — Прохор указал куда-то вдаль, — там едет кто-то.
Я обернулся. Точно, по дороге от леса скакал всадник.
* * *Не поверите, это был Пётр Бобров. Ёшки-матрёшки, прошло совсем же немного времени, а ощущение, что мы из Парижа сто лет назад ехали.
— Костя!
Лошадь под всадником оказалась живой и немного нервной. При виде нашего железного конька она заржала и отшатнулась, чуть не сбросив Боброва.
— Спокойно, Тарань!
Успокоив кобылу, Пётр спрыгнул на землю и отдал повод подбежавшему Кузьме.
— Поводи её, а то чуть не загнал, пока ехал.
— Не извольте сомневаться, всё сделаю.
Кузьма увёл лошадь, с ужасом косящуюся на Буцика, а Бобров подошёл к нам. Хлопнул меня по плечу, стиснул ладонь и порывисто обнял.
— Рад видеть тебя, дружище. Ты, смотрю, весь в делах и заботах.
— Взаимно, Пётр, я тоже рад тебя видеть. Разреши представить — Александра Добрятникова. Пётр Бобров.
— Сударыня, рад видеть!
Гость расшаркался и поцеловал моей ученице руку. Девушка отреагировала сдержанно — кивнула, но