Библиотека

Дикая сердцем стр. 230

Размер шрифта
-
+
Тема

меня облегчения.

– Эй, эй, эй… – Он протягивает здоровую руку, подзывая меня.

– Ты придурок. – Я переплетаю свои пальцы с его и сажусь на край кровати.

– Прости меня. – Он тянет мою руку к своему рту. Его губы такие сухие. – Я пошел на этот глупый риск. Я не думал, что буря будет настолько сильной, и решил, что если буду лететь над долиной низко, то все будет в порядке. Я просто… Я очень хотел попасть домой к тебе.

– Ты почти не вернулся вообще.

Нисходящий поток воздуха, в который попал Джона, прижал Веронику к земле. Полицейский, с которым я разговаривала, сказал, что это большая удача, что он летел именно там, где летел, иначе эти порывы ветра скорее всего впечатали бы его в склон горы, а этого не пережил еще никто.

Теперь у Джоны достаточно сломанных костей и порезов, чтобы надолго задержаться на земле, пока он выздоравливает.

Он пытается изменить положение тела и морщится.

– Не двигайся, – ругаю я, проверяя подсоединенную к нему капельницу, которая вводит обезболивающие препараты.

– Мы с Роем теперь как близнецы.

– Ага. Почти не отличить.

Сотрясение мозга, сломанная ключица, раздробленная левая рука, которой потребовалась операция и штифты, чтобы собрать ее обратно, несколько сломанных ребер, пробитое легкое и царапины с синяками по всему телу.

Но Джона жив, напоминаю я себе, как делала уже тысячу раз с тех пор, как раздался телефонный звонок. Это все, что имеет значение.

Его челюсть напрягается, когда он смотрит на потолочную плитку над своей кроватью.

– Они сказали, что Вероника не подлежит восстановлению.

– Ага. Я уже звонила в страховую.

– Это был любимый самолет Рена.

Это в самом деле был его любимый самолет. Самый последний, на котором он поднимался в небо, со мной в пассажирском кресле.

И я знаю, что его крушение причиняет Джоне куда больше боли, чем все его травмы вместе взятые.

Я убираю прядь волос с его лба.

– И он

сказал бы, что это всего лишь самолет, и он рад, что с тобой все в порядке. Я знаю, потому что именно это он и сказал, когда ты разбил его самолет в прошлый раз.

Джона фыркает, но его лицо остается серьезным.

– Ты уже жалеешь об этом? – Он берет мою левую руку в свою, и его большой палец гладит мое кольцо.

– Нет. С чего бы?

Его серьезные голубые глаза внимательно изучают мое лицо.

– Временами я приходил в себя и не мог подняться, не мог даже пошевелиться…

В моем горле возникает комок, когда я представляю, как это, должно быть, выглядело с воздуха. Мне сказали, что выживших уже не ожидали найти. То, что Джона уцелел и находится в относительно хорошей форме, это чудо.

– И все, о чем я мог думать, это о тебе, и о том, что я нарушу свое обещание найти дорогу назад. Как ты будешь жалеть, что вообще встретила меня.

По моему лицу течет новый поток слез, я качаю головой.

– Я никогда не смогу пожалеть об этом, Джона.

Ни если бы я потеряла его прошлой ночью, ни если это произойдет через пять или пятьдесят лет.

Он сглатывает.

– Ты сможешь справиться с тем, что я снова буду летать?

– Иисус! Ты сумасшедший. – Я не могу

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.