Динамит пахнет ладаном стр. 88
«Бегающий быстрее лошади», был закоренелым преступником: только по подсчетам соседей у него было не менее пяти жен. Капитан Орлов знал, что на самом деле старый команч содержит шесть постоянных жен и нескольких приходящих. Поэтому он с легким сердцем оставил у него Веру — в такой коммуне ее никто не заметит, даже если вздумает там искать.
Большая семья Джошуа жила в горном лесу милях в тридцати от Севастополя. Это место так понравилось побывавшей там жене губернатора, что обширную территорию объявили заповедником. Кливленда назначили старшим егерем, а простыми егерями, соответственно, стали числиться его сыновья и зятья. Им платили жалованье, их снабжали продуктами, им даже собирались построить дом — но команчи не живут в домах.
До того, как стать егерем, Джошуа Кливленд сменил много иных должностей. Был скаутом в федеральной армии и за воинские заслуги получил несколько медалей. Затем его избрали советником «по индейским вопросам». Он помогал властям улаживать, в основном, земельные споры с апачами и команчами, которые сдавали в аренду пастбища, расположенные на территории резерваций. Его даже стали называть «судьей Кливлендом» и прочили в верховные вожди. Власти обещали ему блестящую политическую карьеру. Надо было только стать законопослушным гражданином и официально зарегистрировать брак с одной-единственной женщиной. Джошуа, сколько мог, затягивал решение этой щекотливой проблемы. Наконец, сам губернатор, будучи у него в гостях, прямо сказал, что должна остаться только одна «миссис Кливленд». Этого требуют политические интересы. И тогда Джошуа вызвал всех своих жен (в то время их было четыре), построил их перед губернатором и вручил ему свой револьвер. «Если того требуют политические интересы, пусть останется одна. Убей трех лишних, — сказал он. — Я не могу этого сделать, потому что всех четырех люблю одинаково сильно».
Губернатор сдался. Чтобы скрыть свое поражение, ему надо было убрать Джошуа подальше от брюзжащей общественности. И на следующий день было объявлено, что в красивой местности восточного Техаса будет создан заповедник.
Местность тут была и в самом деле роскошная. Невысокие горы, покрытые соснами, перемежались цветущими долинами, которые местами превращались в море дюн и зыбучих песков. Были здесь и болота, и заводи с аллигаторами, и альпийские луга, где паслись горные антилопы, были и непроходимые чащобы, и зияющие пропасти. В общем, по мнению капитана Орлова, самое подходящее место для партизанской базы.
Он знал «Бегающего» еще с тех пор, когда тот жил в резервации на границе Техаса и Арканзаса. Орловская компания поставляла муку и зерно агентству по делам индейцев. Агентство платило минимальную цену, ниже рыночной, и Орлов торговал себе в убыток. Однако он надеялся, что следующим этапом сотрудничества станут поставки в армейский форт рядом с резервацией, а военное ведомство было самым завидным покупателем. Кроме того, часто бывая в гостях у команчей, Орлов изучал их методы обучения лошадей и отводил душу в совместной джигитовке. С «Бегающим» он хаживал на волков. То была охота, какую Орлов прежде знал только по калмыцким степям. Без собак, без загонщиков, на специально обученных жеребцах выследить и загнать волка — и пустить в ход копье или револьвер только в самый последний, в самый опасный момент, когда зверь крутится волчком под копытами — и бывало, что Джошуа оставлял жизнь волчицам.
От железной дороги