Динамит пахнет ладаном стр. 99
сочинил для Гочкиса, было всего несколько строк. «Некая дама из России желает сообщить вам нечто очень важное. Если хотите ее видеть, зайдите в аптеку с этим конвертом. Только без посторонних. Она очень напугана. И если увидит с вами кого-то еще, то исчезнет бесследно». Он полагал, что Гочкис выйдет сам, а не пошлет какого-нибудь помощника. И теперь, разглядев объект наблюдения, мысленно составлял его словесный портрет.
На вид Гочкису было лет тридцать, или чуть больше. Рост ниже среднего, телосложение плотное, даже со склонностью к полноте. Лицо продолговатое, нос длинный, крючковатый. Волосы черные, гладко зачесанные на прямой пробор. Походка стремительная, подпрыгивающая. Движения резкие и порывистые…
Гочкис остановился перед входом в отель и круто развернулся. Его взгляд был направлен, казалось, прямо в глаза Орлову, и капитан невольно отодвинулся вглубь пролетки. Но Гочкис просто обвел взглядом площадь, словно выискивал кого-то. Не нашел. И скрылся за стеклянными дверями.
— Скажите мне, любезный, если не секрет, какова ваша дневная выручка? — обратился он к извозчику.
— Разная, — коротко ответил тот.
— Могу ли я нанять вас на весь день?
— Если с авансом, то почему бы и нет?
— Устроит ли вас пять долларов в качестве аванса?
Извозчик неопределенно хмыкнул и подставил ладонь под звонкие монеты.
— Куда прикажете ехать?
— Пока никуда. Постоим здесь. Мне надо кое-что обдумать.
Почему-то он был уверен, что Гочкис не усидит на месте. Послание должно было заставить его что-то предпринять. «Он и предпримет, — подумал Орлов. — Начнет звонить по телефону. Цивилизация! Сейчас можно развязывать войны и заключать миллионные сделки, не покидая кабинета. Но если мистер Гочкис заинтересован в том, чтобы найти Муравьеву, то ему придется оторвать задницу от кресла».
В конце концов, Гочкис должен будет под вечер направиться домой. Если…
Если только он не живет в том же отеле, где находится его контора!
Подумав о такой возможности, Орлов приуныл. Он собирался устроить слежку, и, наметив удобное место, в точно рассчитанный момент захватить Гочкиса для последующего допроса. В зависимости от обстоятельств, допрос можно было бы превратить либо в первую стадию вербовки, либо в обвинительный процесс с зачитыванием приговора и немедленным его исполнением. Но если эта адвокатская крыса никуда не высовывается из своей норы, то придется разрабатывать совершенно новый план.
Вернуться в контору и под видом выжившего из ума старика затеять нудную и бессмысленную беседу? А потом придти туда снова, уже ночью, и порыться в бумагах Гочкиса?
Или узнать, в каком номере он живет? (Если он живет там.) Подкараулить его в ресторане — должен же он хотя бы раз в день есть…
Он перебирал в уме вариант за вариантом, продолжая следить за выходом из «Реала». Самое тяжелое занятие разведчика — это наблюдать за местом, где ничего не происходит, с единственной целью — убедиться, что там и не может ничего произойти.
Однажды в горах, в турецком тылу, Орлов с казаками трое суток наблюдал за мостом, по которому никто не ходил. Тропа выглядела нахоженной, но почему-то на ней не было ни души. Наконец, ночью Орлов подобрался к мосту поближе, и увидел, что на нем просто нет настила, так что пройти по нему мог только акробат. Впрочем, спустя неделю его драгунский полк успешно пересек ущелье