Библиотека

Диомед, сын Тидея стр. 176

Размер шрифта
-
+
Тема

в этом деле не помощник!

Поглядел я на Лаэртида – ничего не ответил.

* * *

– Богоравного басилея Диомеда, сына Тидея, просят пожаловать...

Скрипнул я зубами (сами вы – басилеи!), но делать нечего – пожаловал. Мимо хризосакосов в доспехах сверкающих – прямиком в тронный зал. Под красные своды, что колоннами золочеными, с каймой пурпурной, подпираемы. Говорят, этот дворец Пелопс не просто так строил. Велел он, Танталид, себе точное подобие Дворца Миносов в Кноссе, что ныне в руинах лежит, воздвигнуть. И зал, как у Миноса, и колонны, и фрески, и трон...

Выше туч нос задирал Пелопс! Длинный был у него нос, говорят, подлиннее, чем у его богоравных потомков!

А вот и трон. Вокруг него, как водится, даматы с теретами столбами стоят. А на троне – само собой, нос. Длинный, естественно. Над носом – венец золотой, под носом – бороденка козлиная (отрастил-таки!). А к носу – все, что полагается: скипетр кости слоновой, фарос пурпурный, сандалии красные. Все вместе сложить – ну точно, Зевс Додонский!

– Радуйся, богоравный Диомед, басилеи Аргоса, брат наш...

Увы, это не Зевс. Это всего лишь Агамемнон.

– ...Приветствую тебя в Микенах наших и во всяком нашем благоволении заверить спешу...

А я стою – котлом медным закипаю. За кого он меня принимает, этот носатый? За вшивую деревенщину, что сандалий красных не видела? Нужно мне его благоволение, как кентаврам колеса!

А даматы с теретами щеки, охрой намазанные, надувают, на меня не смотрят. Ждут. Вот сейчас аргосский басилеишка на колени хлопнется, на живот брякнется...

Раскинул я руки пошире, ухмыльнулся радостно:

– Атридик! Сколько лет, сколько зим! Дай-ка я тебя поцелую, душка! У-у, ты мой бородатенький!

И – полез лобызаться. Прямо на трон.

– Ну, извини, Тидид! Извини! Сам понимаешь, церемонии эти... Насели даматы, кричат, мол, лица терять нельзя, Микены с Аргосом равнять...

– Ладно!

Свиту прогнали, теперь сидим. Не на троне – на ступеньках. Оно и удобнее, и проще. Когда не на троне и без скипетра, Агамемнон даже на человека походить начинает. Не то чтобы совсем...

– Менелай приехал. И Нестор из Пилоса. Знаком?

Нестор? Ах да, папаша Антилоха. Еще один ванакт!

– Познакомимся. Я тут Одиссея Итакийца встретил...

– Он уже здесь? – дернулся длинный нос. – Это хорошо, Тидид! Мне Менелай говорил, что этот Одиссей кого угодно уговорить может...

– Это точно, – улыбнулся я. – А кого уговаривать будем?

– Приама, – вздохнул Атрид. – Елена в Трое, Диомед! Десять дней назад корабль пришел, рассказали. В Трое Елена! Приам признал ее женой Париса...

Нехорошо свистеть в тронном зале. Но я все-таки присвистнул.

Ну и дела!

* * *

– Обряд в Лаомедонтовом дворце провели. Все были, все Приамиды – Гектор, Арет, Гиппофоой, Кебрион, Деифоб – все. Эней с сыновьями тоже был. Кассандра только не пришла, отказалась...

Этого длинного, с плоским носом и совиными глазами, я видел впервые. Зато слыхать и раньше приходилось. Калхант-троянец, смертный враг Приама, а заодно – прорицатель. Поговаривают, именно он помог в давние годы Гесиону из Трои увезти. С тех пор тут, в Микенах, кормится.

– Приам ее, Елену, обнял, в щеки расцеловал, дочерью назвал...

Тихий стон – жалобный, полный боли. Бедняга Менелай! Сидит рядом со мною, головой белокурой мотает, ни на кого

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.