Диспноэ стр. 24
не достигнута, дело недоделано. Поэтому я бы, в первую очередь, проверила ее должников и детей. Может, украли что-нибудь у бабки, вот она и рассердилась. Или убили ее. Такое тоже бывает.
Воронцов бросил на нее короткий взгляд в зеркало заднего вида, и голубые глаза под очками смягчились.
– Вам бы с невестой «Большую книгу нечисти» почитать вместо игр. Знания – сила, – проворчала Лиза.
– Обязательно ей это предложу, – буркнул Воронцов и замолчал – о чем-то задумался.
Он открыл блокнот и набрал записанный там номер. Оказалось, что принадлежал он старшей дочери покойной. Воронцов попросил (практически приказал) приехать для разговора вот прямо сейчас. Тон нового начальника не терпел возражений, и даже дочь судьи не смогла ему противиться.
– Через полчаса будет, – сообщил им Воронцов, сбросив вызов. – Она-то нам и расскажет об отношениях с матерью, должниках и работе. Старуха уже больше десяти лет сидела в отставке, но, возможно, у нее остались дела, по которым она приняла неверное решение, или должники, не вернувшие деньги.
«Быстро учится», – подумала Лиза, припоминая случайно оброненные Бор Бором слова о работе в Министерстве иностранных дел.
– Ты работал в МИДе? – тут же с любопытством озвучила она свои мысли.
– Не ты, а вы.
– Ага, ну так что? Ты-вы там работал?
Воронцов закатил глаза, деловито поправил очки и нехотя ответил:
– Да, около года.
– Много где побывал?
– В Китае и Южной Корее, если ты о работе, – усмехнулся он.
Пожалуй, это единственный плюс, который Лиза видела в Воронцове. Ух, она ка-а-ак съездила бы в Корею, как посмотрела бы на айдолов хоть одним глазком, как окунулась бы в культуру, которую видела только в дорамах, но работа в Управлении закрыла все пути за границу. И к айдолам.
– Ты променял Азию на Первый отдел?
Сомнительный обмен. Для нее – просто кощунственный.
– Отец с детства готовил меня на эту должность. Она у нас семейная. Не знала, что ли?
Лиза задумалась. И вправду, Воронцов-старший в свое время служил начальником Первого отдела, а до него – его отец. Он-то и создал Управление по особым делам, изначально состоявшее лишь из Первого отдела, который в те года звался Особой службой. После падения империи, когда оказалось, что для защиты столицы и помощи регионам недостаточно пары десятков оперативников с демоническим даром, штат расширили. Добавили Второй и Третий отделы, отдел криминалистов, отдел судебной медицины, штат тренеров, канцелярию и снабжение. Так и получилось полноценное Управление. Возглавил его, конечно же, основатель, а следом – его сын, Алексей Воронцов. Значит, Кирилл, как сын монарха, пришел на место отца. Когда-то он встанет у руля Управления. Какие уж тут иностранные дела, когда светит такая власть?
– Не думала, что монархия в наше время существует не только в учебниках истории, – пробурчала Лиза, кривя душой. Уж она-то знала о власти семей из Золотого списка не понаслышке.
– Еще скажи, что дворянство искоренили, все теперь равны, и социализм из утопических книжек вот-вот постучится в окошко. Я с удовольствием посмеюсь, – хмыкнул Воронцов.
– Да кто я такая, чтобы спорить с золотыми дворянами?
Лиза замолчала, угрюмо скрестив руки на груди. Воронцов с Ником тоже больше не возвращались к неприятному разговору.
Дождь ослабел как раз к тому времени, когда вот-вот должна была приехать