Библиотека

Диспноэ стр. 269

Размер шрифта
-
+
Тема

буквально за час до смерти Тани они поругались в пух и прах. Кажется, тебя не поделили, завидный жених.

Лизе пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы не фыркнуть. Герой-любовник! Первый парень на деревне! Все за него готовы волосы рвать друг на друге. Голубоглазый камень преткновения, чтоб его черти сожрали!

– Тактика маленького ребенка: заплачь раньше другого, и никто тебя не заругает, – сухо обронил Воронцов, высматривая кого-то в толпе. – Я не мальчик на побегушках. Когда Варваре надоест ломать комедию, тогда я с ней и поговорю.

– Но ты должен…

– Я. Ничего. Не должен, – рыкнул Воронцов. Он казался холодным и даже отстраненным, но Лиза чувствовала, что внутри него готов к извержению целый вулкан. – Сейчас я занят. Возможно, тебе это видится ерундой, но у нас тут труп. Очередной. В круге из мела. Как символично, правда?

Сказав это, он растерял интерес к Герману, махнул кому-то рукой и устремился к ограждениям, выставленным полицейскими. Возле ленты нетерпеливо топталась молоденькая, очень красивая блондинка. Похоже, это ее Воронцов так напряженно выискивал в толпе. Лиза уловила его оклик: «Мила!» – и заставила себя перевести взгляд на ублюдка, который так и остался рядом. Как будто на прогулку вышел – расслабленный и равнодушный.

Демоническая сущность внутри Лизы царапалась и кусалась, пытаясь прогрызть путь на свободу. Жаждала причинить боль тому, кто причинил ее Лизе. Просила остановить сердце того, кто когда-то разбил сердце ей. И Лиза невольно прислушалась… Абсолютно ровное биение сердца. Он совершенно не волновался. Как будто и не лежало рядом трупа некогда красивой молодой девушки.

– Судя по всему, ты и есть тот хвост Кирилла, о котором рассказывала Варя, – с гадкой усмешкой протянул Герман. – Признаться, я удивлен. Много лет назад Варе удалось убедить всех нас, что ты давно и надежно в психушке. Оказывается, даже отродью вроде тебя может найтись место в обществе. Впрочем, ваше сборище тварей, которых какие-то идиоты приравняли к колдунам и позволили охотиться на нечисть, обществом не назвать. Скорее зоопарк.

Лиза стиснула руки в кулаки и зыркнула на обидчика красными зрачками. Слова Аникеева вернули ее на четырнадцать лет назад – туда, где Лиза стоически, но безрезультатно отбивалась от ударов. Каждый из них вновь настиг ее сейчас. Когда-то мальчишка по имени Герман обманул ее, но взрослый Герман не только не признал ошибки. Он с удовольствием глумился над той, что когда-то была слабее. Тем самым развязывал ей руки.

Сущность демоницы победила человечность с разгромным счетом.

– Не смей даже заговаривать со мной, ублюдок, – прошипела она, впиваясь алым взглядом в лицо врага.

В детстве Герман казался ей красивым, но вырос самым обычным, ничем не примечательным. Бесконечная серость с кислым выражением лица. И сейчас эта серость не могла отвести от нее глаз.

Расслабляться в присутствии демонического отродья опасно. Герман считал, что сумасшедшая дочка Верещагина до сих пор неопасна, и ошибся в расчетах, как никогда. Все вокруг перестало иметь значение. Осталась лишь месть за детскую боль.

Лиза слышала, как участилось его сердцебиение, послушное ее воле. Кровь бежала по сосудам быстрей и быстрей, давление повышалось. Герман с трудом дышал. Он схватился за грудь, в глазах плескался ужас. Из открытого рта не вырывалось ни слова, только надсадное, тяжелое дыхание.

Лиза знала, что должна

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.