Диспноэ стр. 32
в качалке, ненавидя нового начальника, новый босс внимательно изучал их личные дела, где хранились и докладные записки, из которых он узнал много интересного. Например, в Нике проснулся талант следователя, которому розыск и дознание оказались ближе, чем облавы на нечисть. Кто бы мог подумать!
Вампирша, она же Елизавета Кёлер, двадцать четыре года, уроженка Петрограда, до дрожи ненавидела чужие прикосновения. Настолько, что три года назад едва не сломала Тагиру Халилову руку, за что чудом не вылетела из отдела (чудом оказался вездесущий Бор Бор). Ей бы укол от бешенства не помешал, а не работа в Управлении.
Марк Родин – потомок огненного змея. Соблазнил, змей-искуситель, наивную вампиршу, а она и рада. Кирилл усмехнулся и поспорил сам с собой, надолго ли затянется этот служебный роман. Одна его часть, добрая и где-то даже человеколюбивая, ставила на месяц, а вторая, циничная, считала, что Родин бросит беднягу после первого же секса.
Кирилл изучал личные дела еще сорок минут, прежде чем в дверь кабинета громко постучали и распахнули, не дожидаясь ответа. Не пришлось даже поднимать взгляда, чтобы узнать, кто на пороге. Манеры у друга не менялись даже на работе, где у них «Я еще с первого раза понял, что здесь субординация, душнила ты невкусная. Хватит напоминать!». Понять-то понял, но ни хрена не соблюдал. Впрочем, Ник хотя бы произносил «Кирилл Алексеевич» со смешливым уважением, а не с отвращением, будто к имени прилагалось ведро помоев.
– Ты что, заблудился? Тренажерка в подвале, – буркнул Кирилл, захлопывая дело Тагира Халилова – грубой силы отдела, здоровяка и той еще бабы-скандалистки.
– Я и так стройный, – самодовольно хмыкнул Ник и нагло уселся на стул с высокой спинкой, напротив Кирилла. Судя по влажным русым волосам, сейчас казавшимся темнее, чем были на самом деле, в тренажерке он все же побывал и даже успел заскочить в душ.
– Я же предупреждал, что на работе ты мой подчиненный – такой же, как все. Какого черта ты явился, пока остальные таскают железо? Сейчас они наверняка шепчутся, как выгодно водить дружбу с начальством.
– А когда еще с тобой поговорить? С самого утра кто-то крутится рядом.
Кирилл заинтересованно поднял бровь, показывая, что внимательно слушает.
– Нам нужно самим допросить Гордия. Бор Бор перед уходом с поста поручил это дело старшим операм, но его нужно забрать и вести самим. Перепоручи дело мне. Чужим доверять нельзя.
– Но почему-то ты доверяешь вампирше.
– Доверяю, – помолчав, кивнул Ник и тут же добавил: – Но не настолько, чтобы утаить от тебя, что она явно знакома с Гордием. Почему-то Лиза не выстрелила в него, хотя была возможность. Вместо этого она разговаривала с ним, нарушая инструкцию. Она должна была выпустить в него обойму, но сделала всего один выстрел, и тот в спину. Ее будто парализовало. Да и Гордий прозрачно намекал, что они знакомы. Что-то здесь нечисто.
– Дружба – не твое понятие, Баркалов, – хмыкнул Кирилл, расслабляясь. – С какой легкостью ты сдаешь чужие секреты, любо-дорого посмотреть.
– Я не хочу вредить Лизе и тебе не позволю, – вмиг посерьезнев, предупредил Ник, – но в этом деле нужно разобраться. Я всю голову сломал, пока думал, как она может быть связана с демоном.
– Любовь? – навскидку вбросил Кирилл.
– Хреновь. Это не про Лизавету.