Дитя погоды стр. 44
дочерью. Вот уж не подумал бы, что когда-нибудь увижу его таким. Впрочем, зрелище было и впрямь красивое, как на картинке: двое детей бегают по зелёной траве под солнцем.
— Да, хорошо, когда небо ясное, — пробормотал Суга.
Приглядевшись, я заметил у него на левой руке серебряное кольцо. Суга касался его правой ладонью. А ведь пальцы у этого человека узловатые, и по ним сразу видно, что он уже немолод.
— А вы начальник Ходаки? — спросила Хина.
— Да! А ещё я ему жизнь когда-то спас! — с самодовольной ухмылкой выдал Суга то, о чём я успел позабыть. Он обнял меня за плечи и с любопытством осведомился: — Кстати, почему ты к девушке обращаешься на вы, а она к тебе — на ты?
— А, ну просто Хина старше меня на два года...
— Да? Так тебе пятнадцать? Или шестнадцать? Нет, значит, семнадцать или восемнадцать? Так разница-то небольшая.
— Вот именно! — ответил я, а Хина в то же мгновение воскликнула:
— Большая!
— Вот она, явилась. Эй! — крикнул Суга куда-то в сторону, и я обернулся в этом направлении.
К нам, махая рукой, бежала Нацуми. Я чуть не подскочил на месте и торопливо проговорил, понизив голос:
— Слушайте, надо же поосторожнее...
— Что?
— Так ведь Нацуми не знает, что у вас жена и дочь...
Суга стучал меня
по спине, еле сдерживая смех. Нацуми, подойдя к скамейке, подозрительно прищурилась:
— Эй, что случилось?
— Знала бы ты, что у Ходаки на уме. Представляешь, он решил, что мы с тобой...
— Вы что, только... — Я хотел добавить: «...не говорите ей», но в этот момент Суга выдал меня с потрохами.
Нацуми вытаращила глаза и громко воскликнула:
— Любовники?!
Я залился краской, потупил взгляд и попытался объясниться, глядя, как пот капает с меня на землю:
— Но ведь никто мне не говорил, что он ваш дядя, а вы его племянница. Вы сами при первой встрече сказали, что всё так, как я подумал.
— Ходака, у тебя извращённые фантазии. — Нацуми холодно посмотрела на меня, а Суга ухмыльнулся:
— Надо было просто мозги включить.
Я обернулся к Хине, ища у неё спасения, но она прищурилась и тихо припечатала:
— Ходака, ты извращенец.
Это кошмар какой-то.
— Эй, Ходака... — позвала Нацуми, и я обернулся.
Девушка наклонилась ко мне, сверкнув бюстом в глубоком вырезе майки-топа.
— Ты сейчас пялился на мою грудь?
— Нет!
Да это же ловушка! Нацуми рассмеялась.
— Цуми! — К нам бежала Мока, издалека махая рукой.
— Мока, привет! — Нацуми помахала в ответ.
Теперь ясно, значит, они были двоюродными сёстрами.
— Папа, я сделала венок. Бери!
Суга растаял.
— Правда? Это мне? — спросил он и поднялся со скамейки.
— Ходака, иди сюда!
— Ой, меня Наставник зовёт. Я пойду, — пробормотал я и ретировался.
— Хи-хи, с Ходакой не соскучишься, — сказала Нацуми Хине, когда я уже повернулся к девушкам спиной.
Девочка оказалась самая обыкновенная.
Я представляла себе человека с ореолом божественности и исключительности, ожидала молчаливости и отстранённости, как у мико, синтоистского священника, астролога или даже харизматичного рокера. Но Хина оказалась очень милой и приветливой девочкой-подростком. Чёрные как смоль некрашеные волосы, кожа и губы совсем гладкие. Ходака и Хина оба были очень юны, я им даже позавидовала.
— Он совсем ещё ребёнок, мне даже стыдно за него, — немного сердито проговорила сидящая рядом Хина,