Дневник загадочных писем стр. 30
все детство, и стал скрести по дому этими безжизненными деревянными когтями. Но Тик читал, искал, думал.
Волшебные слова.
Он не знал, что они собой представляют, зачем они ему и что случился шестого мая, когда он их скажет, но он знал, что они жизненно важны и их надо разгадать. А в первом письме, вроде бы, должно было содержаться все необходимое.
Ничего не приходило в голову. Он изучал предложения, абзацы и отдельные слова, смотрел по вертикали, искал спрятанное где-нибудь слово «волшебный»… Ничего.
Он вспомнил знаменитую загадку из «Властелина колец», где на входе в рудники Мории было написано: «Скажи слово, друг, и входи». Это буквально значило, что человек должен был сказать слово «друг» на эльфийском наречии, и тогда двери открывались. Но ничего подобного не бросалось Тику в глаза.
По сравнению с этим вычисление даты особого дня было детской считалкой, и он почувствовал досаду. Он также ощутил все эффекты бессонной ночи, и внезапная усталость приковала его к кровати и закрыла его веки.
Когда мама коснулась его головы, чтобы разбудить его перед школой, он попросил дать ему еще один день, зная, что она не сможет себя заставить спорить с мальчиком, которого всего несколько дней назад съели заживо.
Когда мама столкнула его обратно в кровать и
погладила его по голове, как больного трехлетку, Тик вспомнил клятву, которую он принес у камина этой ночью: не сдаваться, бороться со страхом, разгадать загадку. Несмотря ни на что.
«Я или очень-очень храбрый, или очень-очень глупый».
В конце концов, несмотря на сочащийся в окно солнечный свет, он заснул.
Глава 1. Мастер Джордж и Госпожа ДжейнНорберт Джонсон никогда в жизни не встречал настолько странных людей, тем более, сразу двух за один день, точнее, даже за один час. Странно. Действительно очень странно.
Норберт, обладатель редких седых волос, старых серых штанов и мятой серой рубашки, работал в почтовом отделении Макадамии, что в Аляске, в течение двадцати трех лет, семи месяцев, двенадцати дней и — он посмотрел на свои часы — без пары минут четыре часа. В эти долгие, холодные и одинокие годы он встречал людей всех сортов, какие только можно себе вообразить. Добрых и злых. Красивых и уродливых. Адвокатов, врачей, клерков, полицейских. Сумасшедших и каторжников. Молокососов и старых перечниц. Ах, да, еще он встретил множество знаменитостей.
Если верить его напыщенным рассказам — большинство людей прекратило это делать примерно двадцать три года, семь месяцев, двенадцать дней и три часа назад, — можно придти к выводу, что не найдется ни одного американского певца или актера, с которым он бы не повстречался в один прекрасный день. Хотя совершенно непонятно, зачем всем этим людям понадобилось приехать в Аляску и послать оттуда письмо, так что он мог слегка преувеличивать.
Но сегодняшние посетители — совсем другое дело, и Норберт понял, что ему придется убедить весь город, что на сей раз он не врет и в Макадамии действительно готовится что-то ужасное.
Первый незнакомец, мужчина, вошел в старое тесное почтовое отделение ровно в четверть двенадцатого, быстро захлопнул входную дверь, за которой завывал ветер, и стряхнул с себя снег. За этим занятием он едва не уронил наполненную письмами картонную коробку, которую так сжимал