Библиотека

До Берлина - 896 километров стр. 104

Размер шрифта
-
+
Тема

Ну а нам взамен они выдали из трофейного барахла. Знаете, сколько его теперь.

А тем временем на фронте

Штаб Первого Украинского фронта разместился километрах в полутораста. Но что значили эти полтораста километров для машины с восьмицилиндровым мотором, которая будто летит по великолепному шоссе, без напряжения давая сто двадцать — сто сорок километров. По дороге узнали, что штаб фронта расквартирован на территории старинного замка, что для корреспондентов в парке этого замка отведен домик священника… Что господа офицеры живут в одной половине домика, а господа шоферы — в другой. А в мезонине фотографы оборудовали для себя лабораторию.

— Как же тебе выдали такую машину?

— Так вот и выдали. Им новенький вездеход нужен был позарез для какого-то генерала. Мне и говорят: взамен наряда выбирай любую трофейную. А когда я выбрал эту, майор, начальник автобазы, даже удивился: такую рухлядь, не нашел лучше? Она и верно походила на рухлядь. Вся измазанная. Заднее сиденье выгорело. На указателе двести восемьдесят тысяч миль, кому она нужна.

— Но она же почти новая.

— Рухлядь это для лопухов, — поучительно объяснил Петрович, — а для умного человека мировая машина. У нее мотор восемь цилиндров, и пломба с него еще не снята. А что до счетчика — чепуха… Я с помощью электрического сверла за день хоть миллион миль накручу…

Оставив свой сидор в пасторском доме, я рванулся в «оперу» и нашел подполковника Дорохина в одной из замковых комнат, стены которой были затянуты голубым шелком. Друзья офицеры знали об успешном окончании, как они выразились, "операция Алена", и, прежде чем заглянуть в карту фронта, я принял целый ворох поздравлении.

— Прилетели вы вовремя, — сказал Дорохип. — Мы наступаем и на двадцать четыре ноль-ноль прошедших суток прорвали оборону противника на реке Нейсе на протяжении… — Дорохин прикинул по карте: — Вот видите, на протяжении тридцати километров по фронту и примерно на столько же прошли в

глубину.

Признаюсь, я как-то даже поначалу не поверил. Это уже была коренная немецкая земля, Нейсе — один из последних водных рубежей перед Берлином. Но красная стрелка на карте действительно глубоко вонзалась в массив синих овалов и кругов, что были за голубой жилкой реки. Эти овалы, круги, прямоугольники были как бы раздвинуты, разъединены, оттеснены.

— Но ведь там же очень развитые оборонительные сооружения?

— Да, конечно… Были. И не один, а три пояса, видите? Но их уже прорвали и прошли. — И Дорохин, как в большинство оперативников, человек спокойный и уравновешенный, старающийся в своих сообщениях избегать восклицательных знаков, вдруг переходя на «ты», воскликнул: — Видишь, как воевать стали! Об инженерных войсках написать обязательно надо… Тут, на Нейсе, они показали класс.

И рассказал, как проходило форсирование этой реки. Оказывается, пока мы с Кожевниковым катили на трамваях по Силезии, тут происходили действительно удивительные события. Под прикрытием густой дымовой завесы, выставленной авиацией над поймой Нейсе, завязался прямо-таки классический бой. Первый рубеж неприятельской обороны был накрыт залпами мощной артиллерийской подготовки, и штурмовые батальоны, уже натренированные на форсировании Одера, на подсобных средствах переправились на западный берег и создали там много небольших плацдармов. И тут же взяли слово инженерные части. Они начали наводить мосты.

Сначала это были штурмовые

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.