Библиотека

До третьих петухов стр. 24

Размер шрифта
-
+
Тема

три головы Горыныча. И замерли, глядя на спелёнатого Ивана... И долго молчали. Иван даже зажмурился от жути.

– Утютюсенькн,– ласково сказал Горыныч.– Маленький... Что же ты папе не улыбаешься? Мамочке улыбаешься, а папе не хочешь. Ну-ка, улыбнись. Ну-ка?

– Мне не смешно,– сказал Иван.

– А-а, мы, наверно, того?.. Да, маленький?

– По-моему, да,-признался Иван.

– Мамочка! – позвал Горыныч.– Иди, сыночек обкакался.

Дочь Бабы-Яги уронила на пол сковородку с яишенкой... Остолбенела. Молчала.

– Ну, что же вы? Чего же не радуетесь? Папочка пришел, а вы грустные.– Горыныч улыбался всеми тремя головами.– Не любите папочку? Не любят, наверно, папочку, не любят... Презирают. Тогда папочка будет вас жратеньки. Хавать вас будет папочка... С косточками! – Горыныч перестал улыбаться.– С усами! С какашками! Страсти разыгрались?! – загремел он хором.– Похоть свою чесать вздумали?! Игры затеяли?! Представления?.. Я проглочу весь этот балаган за один раз!

– Горыныч,– почти безнадежно сказал Иван,– а ведь у меня при себе печать... Я заместо справки целую печать добыл. Эт-то ведь... того... штука! Так что ты не ори тут. Не ори! – Иван – от страха, что ли,– стал вдруг набирать высоту и крепость в голосе.– Чего ты разорался? Делать нечего? Схавает он... Он, видите ли, жратеньки нас будет! Вон она, печать-то,– глянь! Вон,

1714936331_6637da0bd89bb.webp

1714936332_6637da0c2fc45.webp

в штанах. Глянь, если не веришь! Припечатаю на три лбa, будешь тогда...

Тут Горыныч усмехнулся и изрыгнул из одной головы огонь, опалил Ивана. Иван смолк... Только еще сказал тихо:

– Не балуйся с огнем. Шуточки у дурака.

Дочь Бабы-Яги упала перед Горынычемна колени.

– Возлюбленный мой,– заговорила она,– только пойми меня правильною я же тебе его на завтрак приготовила. Хотела сюрприз сделать. Думаю: прилетит Горыныч, а у меня для него что-то есть вкусненькое... тепленькое, в простынках.

– Вот твари-то! – изумился Иван.– Сожрут и скажут: так надо, так задумано. Во, парочка собралась! Тьфу!.. Жри, прорва! Жри, не тяни время! Проклинаю вас!

И только Горыныч изготовился хамкнуть Ивана, только открыл свои пасти, в избушку вихрем влетел донской Атаман из библиотеки.

– Доигрался, сукин сын?! – закричал он на Ивана.– Допрыгался?! Спеленали! Горыныч весь встрепенулся, вскинул головы...

– Эт-то что еще такое? – зашипел он.

– Пошли на полянку,– сказал ему Атаман, вынимая свою неразлучную сабельку.– Там будет способней биться.– Он опять посмотрел на Ивана... Укоризненно сморщился.– Прямо подарок в кулечке. Как же ты так?

– Оплошал, Атаман...– Ивану совестно было глядеть на донца.– Маху дал... Выручи, ради Христа.

– Не горюй,– молвил казак.– Не таким оглоедам кровя пускали, а этому-то... Я ему враз их смахну, все три. Пошли.

Как тебя? Горыныч? Пошли, цапнемся. Ну и уродина!

– Какой у меня завтрак сегодня!-воскликнул Горыныч.– Из трех блюд. Пошли.

И они пошли биться.

Скоро послышались с полянки тяжелые удары и невнятные возгласы. Битва была жестокая. Земля дрожала. Иван и дочь Бабы-Яги ждали. – А чего это он про три блюда сказал? – спросила дочь Бабы-Яги.– Он что, не поверил мне?

Иван молчал. Слушал звуки битвы.

– Не поверил,– решила дочь Бабы-Яги.– Тогда он и меня сожрет: я как десерт пойду.

Иван молчал.

Женщина тоже некоторое время молчала.

– А казак-то!..– льстиво воскликнула она.– Храбрый какой. Как думаешь, кто одолеет? Иван молчал. – Я

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.