Добро Наказуемо стр. 171
если он приедет, и она найдёт с ним общий язык, да и Света станет старше, тогда может быть.
Марина ответила электронной почтой, что рада письму, но приехать не может, а если Владимир Сергеевич может, то пусть приезжает сам.
Она будет рада.
Их переписка по интернету носила вялотекущий характер. О своей личной жизни Раевский сообщил, что был три раза женат, с третьей живёт сейчас, имеет двух сынов от первых браков. Несмотря на громкий успех в поэзии и хорошую работу в качестве редактора толстого журнала, в личной жизни счастья нет, как не было его у многих поэтов, и в качестве примера привёл несколько имён великих поэтов.
"От скромности мой папаша не умрёт и даже не заболеет", — подумала Марина. Раевский сначала с восторгом писал об успехах молодости, а потом восторги сошли на нет, так как сейчас журнал им редактируемый не покупают, тираж мизерный и только приносит убытки.
Стихи пишет на английском для заработка, и спасибо друзьям, помогающим разместить их в печатных изданиях за границей.
Марина не знала о чём писать. Её письма были короткими и в основном о Свете и проведенном времени вместе с ней.
Переписка становилась всё реже, но пришло сообщение, что Раевский вылетает во Франкфурт на Майне и спрашивает Марину, сможет ли она его встретить. Если не сможет, то он попросит своих знакомых, которые его привезут к ней, но он не хочет создавать вокруг себя ажиотаж и едет инкогнито.
"Прямо-таки ажиотаж, барьеры снесут его встречая. Тоже мне Лев толстой приехал", — съехидничала про себя Марина, но ответила, что очень рада и непременно встретит. Предупредила, что после таможенного досмотра пусть стоит на месте и не пытается её найти.
Бывают случаи, когда пассажиры выходят не в том месте, которое обозначено на табло. Марина сказала Свете, что поедет встречать сама, но та заупрямилась и сказала, что имеет право встретить своего дедушку, которого никогда не видела. Марина согласилась с доводами дочки, и взяла её с собой.
Самолёт прилетел вовремя, из автоматически раскрывающихся дверей выходили пассажиры рейса Москва-Франкфурт. Некоторые из них проходили мимо встречающей толпы быстро, другие искали глазами встречающих и увидев их, махали свободной от багажа рукой, улыбались, третьи тревожно останавливались, не зная что им делать дальше. Каждый раз увидев пожилого мужчину, Света спрашивала мать:
— Это дедушка?
— Нет, я тебе скажу когда он появится.
Наконец из двери вышел высокий, чуть сутулившийся мужчина с большим чемоданом на колёсах и сумкой.
— Вот дедушка, — кивнула в сторону Раевского Марина, и Света побежала вокруг заграждения ему навстречу, а он искал глазами и не находил ту, которая должна его встретить.
— Дедушка, — услышал Раевский перед собой, остановился, поставил на пол чемодан и сумку и поднял Свету на руки.
За ними сразу образовалась пробка из людей, так как они ещё не прошли ограждение из ленты на переносных столбиках. Марина увидела эту ситуацию и поспешила навстречу, но толпа молчала и только какая-то женщина почти выкрикнула по-русски:
— Нашёл место где остановиться!
Все посмотрели на неё удивленно осуждающе, а молодой парень передвинул один столбик, и толпа, обтекая Раевского с внучкой на руках, пошла на выход. Марина подошла к краю заграждения и помахала рукой. Раевский поставил Свету,