Дочь дракона стр. 118
хранителей было понятно: и те, и другие в восторге от почесаловки.
— Ну, раз с первым препятствием разобрались, пойду-ка дальше, — стараясь сохранять оптимистичный тон, сказала я. — Что-то мне подсказывает, не так страшен черт, то есть инициация эта ваша, как ее малюют. Вы в смысле.
На лицах обоих драконов тут же проступило беспокойство, которое они, конечно, постарались скрыть. И скрыли бы. если бы не чувствовала исходящие от них волны тревоги за меня.
— Саша, оставь лук, — сказал Исам. — И стрелы.
— В Святилище нельзя входить с оружием, — добавил Кеншин.
Я губу закусила, но кивнула, и быстро лук сняв, сунула его Исаму. Кеншин до того обиженную физиономию состряпал, что ему стрелы на хранение отдала.
— Вы вещички, — кивнула на сваленные в кучу рюкзаки и чемодан, — стерегите.
Тут уже хранители мне закивали.
— Ах вы, умницы, — умилилась я, почесала напоследок каждого и решительно шагнула за алый занавес.
В тот же момент голова слегка закружилась, а пространство заискрило, что вызвало резь в глазах. Пришлось зажмуриться. Когда открыла глаза, стояла уже в самом настоящем Святилище!
Я никогда не была в Святилище, понятия не имела до этого дня, что это вообще такое, но по моему пониманию, выглядеть Святилище должно именно так!
Огромные колонны по коридору. Расписные, все в диковинных узорах, очень на любимую мною японскую живопись похоже.
Две шеренги кицунэ в длинных свободных одеждах у входа. Хоть и в человеческом облике, но я уже по глазам научилась их отличать — как есть кицунэ.
Впереди виднеется гигантских размеров помещение, вроде как с каким-то бассейном в нем… С фонтанами, колоннами и столпом посередине. Но отсюда видно плохо.
Свет — какой-то глубокий, чуть зеленоватый, исходит ровным сиянием от поверхности нефритового потолка, и, чуть тусклее, от пола (тоже нефритового), отчего возникает ощущение, что пол и потолок растворяются в этом свете, а ты ступаешь по воздуху.
— Принцесса драконов, — раздалось совсем рядом и в одной из кицунэ в ритуальных одеждах я узнала Хоккайду. — Приветствуем тебя в Святилище Инари.
Немудрено, что я не сразу узнала девушку. Ведь впервые ее в сереньком грязном платьице увидела, только сейчас стало понятно, что это были обрывки такой вот точно тоги, а потом она вообще голышом щеголяла. Невольно подумалось: а когда я стану драконом, тоже буду после оборота голой разгуливать? Потом отчего-то представились Исам и Кеншин, как я их увидела в родительском доме, перед тем, как сюда лететь. Тогда стоило глаза прикрыть, они перед внутренним взором в каких-то немыслимых одеждах предстали, красивых до умопомрачения. Как сами.
«Какая же ты глупая, Ташенька, — отругала я себя мысленно. — С тобой между прочим, поздоровались».
Я глупо улыбнулась Хоккайде:
— Привет. И всем. Эм. Здрасте.
Лисы — здесь были и юноши, и девушки, почтительно склонили головы, пряча в уголках рта усмешки.
Хоккайда улыбнулась открыто и как-то по-дружески.
— Прежде, чем ты пройдёшь в ритуальный зал и тобой завладеет верховная жрица Хонсю, мы хотели бы поблагодарить тебя за то, что спасла кицунэ этих земель от ужасной участи.
— Да чего там, — махнула я рукой, — не за что. Уверена, что для меня каждый из вас поступил бы так.
И хоть ответила я, как полагается, что называется, только из вежливости, по серьезным глазам кицунэ