Дочь дракона стр. 121
этого он поставил блок и я взвыла, расшибив голень.
Сэнсэй поймал за руку, но выкрутить не успел. Ударила ногой, и, прокатившись по полу, чуть не соскользнула в бассейн.
Чудом осталась на ногах, на самом краю бортика, и, когда мастер Горо ринулся вперед, подпрыгнув, пролетела над ним.
Попалась на ту же ошибку, что совершила в прошлый раз.
Меня схватили за ногу и крутанули в воздухе.
Чудом оказалась на свободе и приземлилась сразу на обе ноги.
Маневр вышел красивым, но, увы, занял время.
Поэтому в следующий миг получила удар под ребра, а затем в плечо.
Ушла от череды коротких, но действенных ударов, и, пока мастер прицеливался, куда ударить еще, нанесла удар сама.
И попала! Я впервые достала мастера Горо!
Само осознание этого чуть не заставило вопить от радости!
И завопила. В следующий миг. От боли.
А затем мир смазался.
Удары, блоки, падения, прыжки, все стало таким быстрым, словно утратило границы и вышло из-под контроля времени.
А потом пришла в себя. Лежа на животе, прямо на светящемся нефритовом полу, с заломленной за спину рукой.
— Dejavu, — выплюнули губы.
А перед носом закачался старинный секундомер.
— Сьто ты говорис, Таса-сан? — раздался сверху голос мастера Горо. — Ты лутьсе посмотри: двадцать три секунды. Кажется, ты по тють-тють утисся сдердживать свою ярость. Позалуй, я могу гордзиться тобой.
— Ну сэнсэй, ну к чему этот акцент, — проныла я. — Ведь я уже давно знаю, что вы никакой не японец, а кицунэ.
В следующий момент взвизгнула, потому что заломанную руку безжалостно сдвинули на сантиметр.
— Спасибо за науку, сэнсэй! — тут же исправилась я.
Меня отпустили. И даже подали нефритовый горшочек с семицветным пламенем. А потом церемонно поклонились, пожелали успехов и поменьше «сувать свой нос не в сувае дело».
Стоило мне поставить сияющий изнутри горшочек в выемку у подножия столпа, как вокруг поднялся такой вихрь, что пришлось зажмуриться, а меня оторвало от пола и потащило вверх.
Когда вновь оказалась стоящей на твердом, пожалела, что сняла кроссы, прежде чем залезть в бассейн. Потому что мрамор пола был холодным. Одежда на мне, что майка, что джинсы, были сухими, надо думать, спасибо мастеру Гору и вихрю, который поднял сюда.
Я огляделась.
Храм, что издалека и в моих грезах выглядел манящим и притягательным, изнутри оказался просто ослепительным.
Нет, дело не в богатстве убранства, не в золоченых иероглифах и узорах… Тут, скорее, архитектуру постройки можно было назвать аскетичной. Четкие прямые линии. Аккуратно скругленные углы. Колонны. Оттенки красного и золотого. Просто все это было каким-то до боли родным, и вот это чувство очаровывало и манило. Захотелось совершить какое-то действие, которое показало бы мое почтение к этому месту, как-то выразить свое уважение и трепет… Я оглянулась.
Ни одной статуи, ни одного изваяния или фрески.
— Ведь это храм самого ветра, — пробормотала я. — Как можно изобразить ветер?
Словно в подтверждение моей догадки порывы ветра засвистели в ушах. И вопреки всему в этом не было дискомфорта.
Я вспомнила, что издалека храм выглядел ступенчатым. И поскольку надо мной не было крыши, поняла, что нахожусь на самом последнем этаже. Или, скорее, на крыше.
А еще здесь местами не было стен, только колонны, и потому возникало ощущение, что