Дочь Иезавели стр. 17
угодно, но ищите себе другую невесту, у матери которой незапятнанная репутация. И считайте, что вам повезло с двумя советчиками – прекрасным отцом и неизвестным Преданным Другом».
Глава VIII– Я готов держать пари, – сказал Фриц после прочтения письма, – что низкий человек, написавший это письмо, – женщина.
– Что заставляет вас так думать?
– Следы клеветы, обрушившейся на бедную мадам Фонтен во время моего пребывания в Вюрцбурге, вели к женщинам. Они ненавидят мать Мины, ибо завидуют ей. Она во всем их превосходит: в красоте, изяществе, умении одеваться и во всем остальном. Она звезда на фоне глупых домашних клуш. Разве справедливо признавать ее виновной без всяких доказательств? Она якобы предала бесконечное доверие мужа, вскрыла печать и украла яды – какие нелепые обвинения против беззащитной женщины! О моя бедная, дорогая Мина! Как ей сейчас тяжело, ведь она не обладает силой характера матери. Я должен немедленно ехать в Вюрцбург, чтобы ее утешить. Пусть отец говорит что хочет, я не могу оставить в беде этих женщин. Возможно, против вдовы уже завели уголовное дело? А может, и приговор вынесен? Эта неопределенность ужасна! Неужели, по вашему мнению, я должен слушаться отца, хотя он ведет себя неразумно и несправедливо?
– Спокойнее, Фриц, спокойнее!
– Послушайте, Дэвид, я могу доказать свою правоту. Отец не знаком с матерью Мины и слепо верит тому, что о ней говорят, считая, что дыма без огня не бывает. Клянусь честью, другой причины противостоять нашему с Миной браку нет. Разве справедливо осуждать женщину, не выслушав, что она скажет в свою защиту? Сейчас я как никогда нуждаюсь в заботах своей дорогой мамочки! Будь она жива, непременно заставила бы отца устыдиться его предрассудков и узкого взгляда на вещи. У меня ужасное положение, и от осознания этого голова идет кругом. Если я поеду в Вюрцбург – это разрыв с отцом. Если останусь – перережу себе горло.
Во второй бутылке на дне осталось немного пива. Фриц вылил остатки в стакан с твердой решимостью допить все до последней капли.
Я воспользовался минутной паузой и посоветовал моему другу проявить терпение. Новости из Вюрцбурга, напомнил я, можно почерпнуть из немецких газет, регулярно поступавших в иностранное кафе по соседству. Для большего успокоения Фрица я сообщил, что на днях по поручению тетки отправляюсь с деловыми бумагами во Франкфурт к мистеру Келлеру и там наведу об этом деле подробные справки. А если удастся, лично побываю в Вюрцбурге при условии, что Фриц вооружится терпением и будет дожидаться лучших времен, которые непременно наступят.
Только мне удалось немного успокоить Фрица, как пришлось переключить внимание на проблему более серьезную – освобождение из лечебницы Джека Строу. Тетушка призвала меня к себе.
Она сидела за своим бюро, напротив, за рабочим столом расположился старший клерк.
Мистер Хартри всецело поддерживал адвоката в нежелании теткиного вмешательства в процесс лечения сумасшедшего. Но на первом месте был долг перед хозяйкой, и после почтительного протеста он согласился выполнить ее требования. Сейчас клерк был занят тем, что выискивал под руководством тетки подходящие для этого случая инциденты. Тетушка позвала меня с тем, чтобы я помог в редактировании рабочего варианта документа и переписал его набело. Конечно, я последовал примеру мистера Хартри и, оставив свое мнение при себе, подчинился