Дочь седых белогорий стр. 318
помогали выбрать из разнопёстрой массы наиболее крупных особей. Сегодня рано утром охота увенчалась успехом. За какой-то час она добыла трёх огромных, по-осеннему упитанных гусей. Дальнейший промысел обещал быть более удачным. Наблюдая за озером, Ченка видела, как на вечернем закате с севера прилетели и подсели к общей массе птиц два больших клина казарок. А это значило, что утренний рассвет мог подарить ей ещё несколько желанных трофеев.
Однако заветной мечтой, страстным желанием девушки оставался один из тех шести лебедей, что в гордом одиночестве, отдельно от всех, у острова плавал всё это время после прибытия каравана в эти места. Но как убить лебедя, если он недосягаем для выстрела?
Отличительной особенностью этой охоты являлось то, что Ченке надо промышлять старым дедовским способом – с луком. Бесшумный полёт стрелы имеет неоспоримое преимущество. Непуганые птицы, не понимая смертельной опасности, остаются сидеть на воде даже тогда, когда раненый сородич, пронзённый стрелой, начинает биться в предсмертной агонии. Это даёт возможность стрелять столько раз, сколько этого требовала необходимость.
Лук у Ченки большой, крепкий, упругий, прочный. Загбой сделал его дочери ещё в прошлом году из прямослойной ели. Для этой цели из плотной болони он выколол три тонкие лучины длиной чуть больше метра и шириной в половину ладони девушки, плотно подогнал их друг к другу ножом и склеил рыбьим клеем. На тетиву пустил сухожилие из ноги сохатого. Полуметровые стрелы так же были расщеплены из прямых волокон ели. Наконечниками служили остро заточенные пазанки лисьего хвоста. Оперением – перья из хвоста глухаря. Из своего лука Ченка научилась стрелять так метко, что с расстояния в сорок шагов попадала в затёс размером с человеческую ладонь.
Ещё одной немаловажной хитринкой для охоты на водоплавающую дичь было то, что к стреле привязывалась тонкая волокнистая нить. Ченка теребила её из жил сокжоя. Когда выпущенная стрела поражала добычу, охотница осторожно подтягивала её к себе с помощью этой жилки, вытаскивала стрелу и пускала её вновь. Таким образом, Ченка могла стрелять сколько угодно, не теряя при этом ни единой стрелы, подбирая дичь не намочив ног.
Лук и стрелы Ченка всегда хранит в кожаном водонепроницаемом колчане. Это главное требование. «Оружие охотника – это сама жизнь!» – так говорит Загбой. Так говорили предки. Оно должно быть сухим, прочным и всегда под рукой. От этого зависит успех в любой охоте.
Девушка следует мудрым советам и наставлениям отца. В данном случае её лук хранится как самое ценное и дорогое творение. Он зачехлен в обработанную, выделанную шкуру ланчака. А обращается с ним молодая охотница так, как важенка
с новорождённым телёнком. Может быть, поэтому она не знает промахов, и редкая охота остаётся без добычи.
Рано утром, когда мутный рассвет робкими шагами вкрадывался на чёрные гольцы, Ченка уже сидела в своём скрадке. Бездвижная гладь озера бездонной пропастью заполнила пространство. Над поверхностью воды медленно плывёт, рвётся и сталкивается густой туман. Откуда-то сверху, с белков тянет промозглый хиус. Тальниковые заросли подёрнулись серебристой пылью инея. Берег оброс тонкими, хрупкими заберегами. Прибитая морозом трава застыла в прощальном поклоне сгоревшему лету. Холодно. Месяц листопада в разгаре. Ясными солнечными днями ещё бывает тепло, а ночью в этом глухом, диком, таёжном краю температура падает ниже нуля.