Библиотека

Долина бессмертников стр. 2

Размер шрифта
-
+
Тема

еще не ошкуренного леса…

Глядевшему со стороны все это представилось бы по меньшей мере странным: приехал человек, довольно долго простоял на пустыре при дороге, поозирался, затем торопливо влез в машину и попылил обратно. Кто такой? Что ему понадобилось?

Олег уезжал оглушенным, забыв даже встретиться с родственниками. Подарки, приготовленные для маленьких племяшей, остались лежать на заднем сиденье — он о них даже не вспомнил. Чувство было такое, что отняли, ампутировали очень важную частичку его мира. Раньше у него в тылу маячила беззаботная зеленая страна, — хоть он на нее и не оглядывался, однако неизменно ощущал ее присутствие, и сознание, что он может укатить туда, стоит лишь захотеть, поддерживало в минуты уныния. А вот теперь этот кусочек вырезали, вынули, и вместо него зияет пустота. Удастся ли чем-нибудь, когда-нибудь заполнить ее?.. Тут некая мысль, словно солнечный зайчик, мелькнула в дальнем закоулке сознания. Олег замер, не успев ее ухватить. Был привычный порыв — тут же набросать в блокноте несколько рифмованных строчек о маленьком домике, где жили двое стариков и ласточки. Но что-то внутри сопротивлялось, рука не поднялась. «Чертов профессионализм!» — проворчал он и чуть ли не до отказа выжал акселератор.

Домой Олег вернулся в сумерках, загнал «Москвич» в гараж и минут пять сидел, глядя на

тускло освещенную приборную доску. «Продать бы, к свиньям собачьим, машину, — устало подумал он. — Вот только Эльвира вряд ли позволит. А жаль…»

Дверь он открыл своим ключом. Из гостиной доносились голоса и негромкая музыка. «Опять эти ее эмансипированные подруги, — безразлично подумал он. — Кофе вкушают, гляссе…»

— Олег, ты? — окликнула Эльвира.

Он, не отвечая, прошел в свой кабинет и как был, в куртке и ботинках, завалился на диван.

— Где ты? Иди поздоровайся с людьми!

Олег покосился и краем глаза ухватил контрастный черно-белый снимок в прямоугольнике дверного проема: черное — волосы, стекающие через плечо на грудь, глаза, а вернее — очи, узкое платье, туфли; белое — лицо, шея, руки, ноги; единственное яркое пятно — губы. Профессионально поднаторевшее воображение мгновенно выдало ассоциативный образ в духе его нынешнего настроя: уголь пожарища, нетронутый снег, а на снегу — оброненный кем-то одинокий красный цветок. Снимок, однако, существовал лишь краткий миг. В следующую секунду он ожил, и… «фото кончилось, начинается кино», — успел подумать Олег.

— Постой, да ты пьян, что ли?

Она подошла вплотную, заглянула в лицо и, по обыкновению своему, тотчас встревожилась:

— Уж не заболел ли ты у меня, а?

— Нет, — он равнодушно глядел в потолок. — Просто… ничего мне не хочется.

— Что же с тобой случилось? — Она подсела к нему, ласково пригладила разлохматившиеся волосы. — Ты ведь куда-то ездил, да?

— К деду я ездил…

— К какому деду?

— К своему… У него ласточки жили, каждое лето. — Он помолчал и вдруг тоскливо сказал: — Уехать бы куда-нибудь, к черту!

Эльвира с минуту смотрела на него молча и сосредоточенно, потом вышла и осторожно прикрыла за собой дверь. Вскоре радиола замолчала, а потом и гости, ступая явно на цыпочках, прошли к выходу.

«Напрасно она их так…» — вскользь подумал он. Мысли его снова вернулись к сегодняшней поездке, к картинам детства. Показалось вдруг, что самая лучшая часть жизни позади, а то, что сейчас, — это только

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.