Дом без воспоминаний стр. 76
случилось, это я умер и попал в ад. Только сам об этом не знаю, ведь мне никто ничего не сказал.
Если не считать того, что я не думаю, будто заслужил такое наказание, возвращение Беллы ставит под вопрос такое понимание случившегося. Ведь, если мама права, моей собаки не должно быть здесь со мной. Да и орка тоже.
Вот уже пять дней, как мы вместе, и сосуществование дается все тяжелее. По правде говоря, мы не так уж и часто видимся. Я почти все время провожу на лужайке с Беллой, а с ним пересекаюсь, только когда готовлю ему еду. Простые блюда, которые не всегда получаются вкусными: макароны, куда я просто выливаю банку томатного соуса; мясо с фасолью в желе и бесконечные консервы из тунца. Но орк, похоже, не замечает, что́ я ставлю перед ним, пожирает все подряд и не жалуется.
Распорядок дня у него не меняется: он встает поздно и перемещается с дивана на кровать, с кровати на диван. Иногда заходит в туалет или на кухню – взять чего-нибудь из холодильника или из буфета. Я подсчитал, что провизии нам хватит еще на неделю. Потом, если никто не съездит за покупками, начнутся серьезные проблемы с завтраком, обедом и ужином. Что до меня, то свой рацион я уже начал сокращать, с ужасом представляя себе, что случится, когда мой гость обнаружит, что запасы кончились. Мне кажется, он тут только для того, чтобы обжираться и дрыхнуть.
И гадить.
Он всюду оставляет мусор. Обертки, объедки. На диванных подушках жирные пятна, постель вечно не убрана, в ней полно крошек. Он мочится, не поднимая сиденья унитаза, и, конечно, не смотрит, куда льет. Вчера обстриг ногти на ногах прямо в гостиной. Я только и делаю, что подтираю за ним, все время думая о маме, о том, как она радела за чистоту и порядок в доме. И потом, от бугая воняет, поскольку
он никогда не моется. Чешет голову или подбородок, и сыплется перхоть. И конечно, рыгает и пускает ветры.
Совершенное воплощение орка в человеческом образе.
Иногда Белла подходит к нему, позволяет себя приласкать, сама ластится, клянчит еду. Я стараюсь держать собаку от него подальше. Но задаюсь вопросом, как Белла, приближаясь к нему, не ощущает того же, что и я. Что перед ней – захватчик. Иногда мне кажется, что она смирилась с ситуацией, притерпелась лучше меня. Даже подружилась с ублюдком.
Ночами Белла спит в моей комнате. Но сегодняшним утром ее поведение меня беспокоит. Собака то и дело подходит к запертой двери в подвал и скребется в нее. Будто учуяла что-то. Я оттаскиваю ее, но она упорно возвращается и скребется.
Я надеюсь, что орк не заметит, но он замечает.
– Ты должен что-то сделать с бедной животинкой, – говорит он, внезапно появляясь у меня за спиной.
Я оттаскивал Беллу от двери и не слышал, как он подошел.
– Почему «бедной»? – спрашиваю я.
– Разве ты не видишь, что она взбесилась?
Я смотрю на Беллу.
– Вроде нет, – отвечаю.
Он кивает с серьезным видом:
– Поверь мне, уж я-то знаю: взбесилась.
– И что я должен сделать? – спрашиваю я. – Может, к ветеринару отвезти? – предлагаю несмело.
– Это уже бесполезно, – спокойно сообщает он. – Болезнь