Дом горячих сердец стр. 234
«Фэллон!» — голос Лора взрывается у меня в голове… или в ушах?
Я пытаюсь вырваться из хватки Данте, но конечность короля фейри твердо держит меня.
«Лор?»
Юстус и стражник, который притворялся бабушкой, обходят нас. Зажженный факел прожигает темноту и освещает очередную чёрную плиту.
Юстус хватает мои связанные руки. И когда он подносит ладонь к стене — к двери? — он смотрит на солдата, который притворялся моей бабушкой.
— Смой знаки, когда мы войдём внутрь. Обсидиан ослабит их и не даст превратиться в дым. Порази столько, сколько сможешь, и не забудь окунуть лезвие в кровь ведьмы.
Он протягивает солдату стеклянный сосуд на кожаном шнурке, который мужчина тут же вешает себе на шею.
«Behach Éan?», — кричит Лоркан.
Слёзы прилипают к моим трепещущим ресницам, точно блестки.
«Лор, они ведут меня в туннели».
Я молюсь, чтобы его слова ясно прозвучали в его голове.
«Они оставили только одного солдата, но у него есть доступ к шаббианской крови, и ему приказали её использовать. Уходи от горы! Пожалуйста! Не иди за мной».
«Mo khrà, если ты не хочешь, чтобы я шёл за тобой, тогда не надо было сбегать».
«Я…»
Слово «не» растворяется в воздухе, когда Юстус прикладывает ладонь к чёрному камню, и мы проходим сквозь него.
Сквозь стену!
Стену!
Я резко вдыхаю, когда он отпускает мои пальцы. Я замечаю обездвиженное тело Ифы, которое солдаты Данте тащат по узкому проходу, освещенному факелами, точно тяговые лошади.
— Боги, как же ты на них похожа.
Голубые глаза Юстуса проходятся по каждому миллиметру моего лица, в то время как он проводит ладонью по бархатному мундиру цвета ночи — этот синий цвет такой тёмный, что почти сливается с обсидианом.
— И как я только мог поверить, что в тебе течёт моя кровь!
Как и я, монстр. Как и я.
Подождите…
Он сказал…
— На них? — хрипло говорю я.
— На свою мать и бабку.
Губы Данте слишком близко приближаются к моему уху.
— Они обе здесь? — мой голос отражается от стен туннеля, и усиливается за счёт чёрного камня, которым покрыта каждая поверхность.
Улыбка Юстуса заставляет все мои внутренности похолодеть.
— Похоже, Аврора была не слишком многословна.
Моё сердце подпрыгивает, когда я слышу фейское имя Бронвен.
— Эта женщина охраняет свои секреты лучше, чем моя мать охраняет свои драгоценности, — добавляет Юстус себе под нос.
Он хочет сказать, что всё это время Бронвен знала, где находится моя мать?
«Лор?»
Тишина.
«Лор?»
Когда Данте толкает меня вперёд, я оглядываюсь на плиту из обсидиана, сквозь которую мы прошли. Когда Лоркан не отвечает, я сглатываю. Может быть,
чай снова начал действовать, или это каменная плита оборвала нашу связь?
А может быть тот солдат?..
Нет.
Моя пара, может быть, и жаждет мести, но он заботится о своём народе и не приговорит его во имя моего спасения. Так ведь?
К тому же — об этом определенно стоит упомянуть ради сохранения моего разума — Бронвен предвидела, что он навечно превратится в ворона только в том случае, если я умру. А пока моё сердце бьётся, его человеческое сердце тоже будет биться.
Я выпрямляю спину и задираю подбородок вверх.
— Так каков план, фейри? — я произношу последнее слово так, как обычно говорят слово