Дон Жуан стр. 77
раз
Я собирался выйти на прогулку.
Я шляпу взял. Уж был девятый час.
Вдруг за окном раскатисто и гулко
Раздался выстрел. Выбежав тотчас,
Я тут же, в двух шагах от переулка,
Равенны коменданта увидал,
Убитого, наверно, наповал.
34Пять пуль его, беднягу, уложили;
За что — теперь уж поздно толковать!
Я слуг позвал. Они его втащили
Ко мне и положили на кровать.
Но я напрасно не щадил усилий:
Убитый начинал уж остывать.
Жизнь кончилась довольно глупой дракой
С каким — то итальянским забиякой!
35Я знал его при жизни и глядел
В раздумье на лицо его немое:
Я видывал десятки мертвых тел,
Но не встречал подобного покоя.
Он словно бы заснул, устав от дел,
С закинутою навзничь головою.
И мне казалась бледность мертвеца
Лишь бледностью усталого лица.
36„Так это смерть? Но что ж она такое?
Скажи мне!“ Он молчит! „Ответь!“ Молчит!
Еще вчера он выглядел героем,
Имел хороший вид и аппетит,
Его команды слово громовое
В ушах солдата все еще звучит,
А завтра он предстанет батальонам
При гуле барабанов похоронном!
37Вот на него внимательно глядят
Те, кто еще вчера его боялся;
Они еще поверить не хотят,
Что командир от власти отказался.
Хороший офицер, храбрец и хват,
За Бонапарта смело он сражался,
И вот на грязной улице убит
И, словно бык зарезанный, лежит.
38Былые затянувшиеся раны
И кровь его последних, свежих ран
На мертвом теле выглядели странно,
Я все стоял, раздумьем обуян.
До самой смерти я не перестану
Допрашивать усопших! Но туман
Непроницаем, неподвижно — серый,
И для сомнений наших, и для веры.
39Выл человек, и нет его — смотри!
Что жизненный процесс остановило?
Какого — то свинца кусочка три.
Вода, земля, огонь, любая сила
Все разуму подвластно! Мы — цари!
Не плохо нас природа защитила:
Любое вещество не то что в час
В одно мгновенье истребляет нас.
40Но где ж мои герои? Евнух черный
Их погрузил в каик, уселся сам,
Гребцы взмахнули веслами проворно,
И лодка полетела по волнам.
Как узники, бесчувственно — покорны,
Друзья молчали. Негр велел гребцам
Причалить у стены глухой и сонной,
Рядами кипарисов осененной.
41Угрюмый негр в калитку постучал,
Железная калитка отворилась,
Он дал им знак идти я зашагал.
Тропинка чуть заметная змеилась
Сквозь заросли густые. Негр молчал.
Ночная мгла давно уже спустилась,
И по такому странному пути
Лишь ощупью могли они идти.
42Для чащи экзотических растении
Жасминов, лавров, пальм et cetera
Я мог бы вам придумать тьму сравнений;
Но нынче много этого добра
Разводят в парниках своих творении
Поставщики базара и двора,
А все затем, что одному поэту
Пришла причуда странствовать по свету!
43И вот в глубокой мгле и тишине
Возникла мысль у моего героя
(Она могла прийти и вам и мне!):
„Старик, наверно, слаб, а нас — то двое!
Мы можем безнаказанно вполне
Освободиться от его конвоя…“
„Пристукнем негра!“ — другу он шепнул
И даже руку было протянул.
44„Да, — отвечал британец, — а потом?
Подумайте: ведь если вас поймают,
Нас освежуют попросту живьем!
Варфоломея участь не прельщает
Меня ни в коей мере. И притом
Я голоден.