Дорога к Мертвой горе – 2, или По следам группы Дятлова стр. 54
который теоретически могли оставить дятловцы, продолжив маршрут после вылазки к Отортену. Еще одна подгруппа пыталась отыскать лабаз, а Слобцов, Шаравин и Пашин занялись вот чем:
«…Они дальше пошли ихним (дятловским — В.Т.) азимутом, вышли на перевал, разделяющий долины Ауспии и Лозьвы, где, оставив уставшего проводника, пошли по склону высоты 1079 вверх к привлекшей их внимание черной точке, которая оказалась порванной, полузасыпаной палаткой Дятлова». (Допрос поисковика Лебедева, члена группы Слобцова, лист 314 УД.)
Всё любопытнее и любопытнее… Задумайтесь: трое идут на лыжах, причем налегке, никакого тяжелого груза у них нет, в отличие от дятловцев. И погода хорошая в сравнении с вечером
1 февраля, раз уж едва торчащая над снегом палатка видна издалека.
Идут, и прошли никак не более двух километров, увидели на склоне нечто темное и непонятное, — и вдруг Пашин заявляет: устал, передохну, идите дальше без меня. И Шаравин со Слобцовым добираются до палатки вдвоем.
Как всё это понимать?!
Ивану Пашину на тот момент едва исполнилось пятьдесят, до старческой немощи еще далеко. Нет, разумеется, можно и к полтиннику обзавестись таким букетом хронических болячек, что пройдешь чуток на лыжах и остановишься, сраженный одышкой. Но как, извините, в таком случае Пашин мог исполнять обязанности лесника? Эта работа предусматривает постоянные длительные переходы, пешие летом, лыжные зимой… И кто в таком случае додумался отправить больного человека в горы, проводником спасателей?
И Слобцову, и Шаравину к тому времени не исполнилось двадцати, Пашин должен был казаться им стариком, — и мальчишки не удивились его внезапному приступу немощи, не призадумались.
А вот мы удивимся. И призадумаемся. В результате раздумий получается, что Пашин ЗНАЛ, что непонятное темное нечто — именно палатка, и не захотел к ней идти, срочно симулировал усталость. Почему, интересно?
В моей версии ответ есть, и достаточно очевидный.
Иван Пашин у палатки уже побывал. Вскоре после завершения трагедии — когда стало ясно, что погоня, посланная по дятловскому следу, исчезла, как в воду канула.
Скорее всего, именно Пашин переместил фонарик, лежавший на кровле палатки — так, что тот оказался поверх снежного слоя (Слобцов крайне удивился такому положению фонаря). Тела дятловцев, имевшие следы насильственной смерти, спрятал в овраге тоже Иван.
А не пошел он со Слобцовым и Шаравиным по одной простой причине: на нем была та же самая обувь, что и в первый его визит к палатке. Может, не задумался сразу об этом нюансе, может, понадеялся, что последний бивак туристов отыщет другая группа, благо Пашин прилагал к тому все усилия.
В каком состоянии снег непосредственно у палатки, сохранились ли там следы, Иван не мог знать. А вдруг студенты обратят внимание, что их спутник и проводник оставляет на снегу следы подошв, полностью идентичные тем, что уже имеются на стоянке дятловцев? Нехорошо могло получиться…
Мы-то знаем, что никаких следов в радиусе десятков метров от палатки не сохранилось, и лесник мог шагать к ней смело. Но это послезнание. А Пашин поступил для своей степени информированности очень мудро и рассудительно. Появился у палатки позже (там было уже изрядно натоптано), убедился: никаких старых следов нет, — и лишь тогда снял лыжи.
А вот позже, вечером, когда поисковики распивали найденный в дятловской палатке спирт, он поступил уже не