Библиотека

Дорога камней стр. 234

Размер шрифта
-
+
Тема

— Нет, — посмотрев на него, медленно возразил хозяин, глаза которого выражали умилительную заботливость, но вместе с тем и несколько пугающее терпеливое спокойствие, — так тётеньку называть не надо. Никогда. Если так, то она может и укусить. Тётенька на такие названия злая. Запомните, детки. А?..

Линна быстро кивнула. Хшо смотрел исподлобья, молчал. Судя по глазам, он вспоминал, кто такая ласка, и рассчитывал, чьи клыки острее.

— Ну вот и хорошо, — расплываясь в довольной улыбке, отозвался толстяк, — ну вот и славно. Линус, э-э-э, чего ты стоишь?

— Иду, ваше превосходительство.

Около витой лестницы, ведущей наверх, Линна обернулась. Даниэль кивнул. Она вздохнула и стала подниматься за ведущим, придерживая подол платья рукой. Хшо нахмуренно и громко шлёпал сзади всех.

— Ну вот, — молвил хозяин, как только шаги затихли, и они остались одни, — как замечательно все складывается. Чего ж вы стоите, Алессандро? А?.. — Де Рео кивнул, отсутствующим взглядом уперевшись куда-то в стену над Даниэлевым плечом, сделал несколько шагов вперёд v вправо, снял плащ, бросил его небрежно. Отстегнул перевязь, портупею, уложил рядом. И опустился на диван. Откинулся на спинку, замер. Только наблюдал за Даниэлем, не глядя ему в лицо, — смотрел неотрывно. И левая рука его до странного неподвижно лежала раскрытой ладонью на рукояти полувышедшего из ножен короткого тяжёлого ножа. Какой хорош в полёте, при сильном и точном ударе запросто прошибает кольчугу, может пробить кирасу или даже двойную чешую.

Даниэль внезапно подивился собственной наблюдательности. Всю одноцветно-блистательную жизнь до того он был весел, наивен и беспечен, как юная, катающаяся в масле мышь. Теперь внимание его стало напряжено постоянно; он подмечал мелочи, которым два месяца назад не придал бы значения. Впрочем, нет. Два месяца назад предчувствия и странные события, загадки, преследовавшие его дворцовую жизнь, стали постепенно изменять его. Научили опасаться. Таиться от той, которую любил больше всего. Пытаться понять её и происходящее вокруг.

Он просто не успел. Он лишь начал становиться другим: подозрительным и внимательным, недоверяющим и цепким. Ожидающим затаённо. А затем грянула буря. И, кувыркаясь в вихре, в водовороте кровавом и пыльном, он не заметил точного момента, когда стал таким, как сейчас.

— Даниэль, уважаемый, — меж тем после паузы произнёс толстяк, — да и вы будьте как дома, располагайтесь, где удобно.

— Благодарю. — Он сел в небольшое старое деревянное кресло прямо напротив хозяина, справедливо полагая, что разговор будем главным образом с ним. Впрочем, основная причина выбора была не в том. Маленький диванчик напротив кресла, четвёртый из столь разных диванов этой широкой комнаты, казался гораздо

удобнее. Но на нем он сидел бы к Алессандро спиной. А так он отчётливо видел его, даже не особенно скашивая глаза.

— Не желаете ли чего? — вместо начала допроса поинтересовался хозяин, с внимательной угодливостью и искренним дружеским расположением оглядывая его. — Выпить, прикурить, поужинать?.. А то мы как раз хотели начать?.. Ну, стоит только кликнуть остальных, и... — Он выжидательно замолчал.

Сверху послышались негромкие шаги, и в комнату спустился одинокий Линус, успевший оставить наверху свой тёплый меховой плащ. Посмотрел на Даниэля, на толстяка, кивнул.

Даниэль повернулся в хозяину.

— Может, лучше быстрее разобраться с формальностями, господин...

— Перон. Хальдо Пьетро Перон. Из Сальванны,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.