Дорога камней стр. 249
так и не буду знать. Так и не сумею помочь вам, используя все силы.
— Все глупо.
— Все так, как делаете вы! Вы поместили себя в этот колодец, у которого опускается дно! Вы налили вокруг воды и захлёбываетесь, пытаясь удержаться на плаву, смотреть все время вверх, на удаляющееся светлое пятно!..
— Может, пора принимать ванну с пеной... доставать из тумбочки бритву... я уже вымазала запястья мылом.
— Откройтесь мне. Когда-то я считался пророком и был мудрецом. Я смогу понять и сумею вам помочь.
— Все глупо. Ты начинаешь дерзить.
Нож вздохнул. Тоскливо и глубоко.
— Я лишь волнуюсь за вас.
Принцесса усмехнулась. Фыркнула легко-легко. Вздёрнула подбородок и снова посмотрела на него. В глазах её светился уютный, ласковый покой.
— Иди спать, Ножик, — тихо сказал она. — Ты помнишь: завтра утром твоя первая битва. Отдыхай.
«Земли севера, несмотря на их открытость, известность и даже привычность, до сих пор остаются наиболее загадочными и таинственными даже для тех, кто живёт в них. Какая-то призывная музыка, неслышимая, но проникающая в самое сердце, звучит там, не смолкая, разливаясь по необозримым пространствам, пронизанным холодным ветром, освещаемым негостеприимным, строгим и скупым солнцем, — и эта песнь бесконечных шелестящих лесов, звенящих потоков, этот шёпот туманов, невообразимые краски восходов и закатов, радуги и зари, настолько притягивает, что, увидев, ощутив все это один лишь раз, ты навеки становишься рабом этого севера, его поклонником и тоскливым обожателем, стремящимся уединиться в бесстрастном, вечном покое тёмной зелени, остаться там навсегда и забыть обо всех заботах, предаваясь вечному созерцанию этой безмятежной, одновременно горестной и печальной, дикой, неприрученной красоты.
...Я отчётливо помню это странное ощущение тянущей тоски, эту болезненную пустоту в груди, когда отец взял меня с собой в своё девятое путешествие на север, к самым границам земель, покорённых людьми. Он изучал сказания, сплетая народную мудрость с воззрениями цивилизации и получая за это деньги, достаточные на содержание нашей маленькой семьи. И в ответ на мои слезливые мольбы, взяв меня на руки, серьёзно заглянув в мои глаза, он усмехнулся и сказал: «Ну ладно, дочка. Мы поедем вместе. Я возьму тебя с собой». Эта фраза осталась в моей памяти навсегда, — как и это самое первое путешествие на север.
Я не буду рассказывать вам о стенах шумящих дубрав и о хвойных лесах, полных запахов, и стелящейся понизу тиши, не скажу и о свежести ветра, бьющего в лицо каждому, стоящему на вершине очередного лысого холма, ни о мелких розовых или белых цветках, дурманящих пряным запахом покрытых пылью стеблей, наводящих мысли о крошечности и бренности каждого твоего дня, ни о поражающей, ставящей на колени красоте ковра владычицы-Земли, на который взираешь, забравшись на вершину невысокой пелегасовой горы... Я не смогу рассказать вам о них так, как следует, так, как должно, так, как они того заслуживают.
Я расскажу вам о народах севера. О тех, кто населяет эти безумные, пропитанные нежной первобытностью, вечно сказочные края. И об истории, которую они сотворили себе. Которой ныне пропитан каждый их шаг».
Элизабет Дану, «Малая Энциклопедия Севера», том первый: «История и География», Вступление. Впервые издано в 255 году ВЛ.16Солнце медленно всходило из волн тумана у берегов великой реки, раскрашивая мир