Дорога на Веллесберг стр. 6
И снова обратилась к нам: — Вы можете звать меня миссис Эванс. Или, как это по-русски… тетя Ли. Меня зовут Линда.
— Вы очень хорошо говорите по-русски, — быстро вставил я, увидев, что Игорь уже собирается съязвить. — Вы жили в России?
— О нет. Я большая домоседка. Это… как произнести… увлечение моего мужа. Он лингвист, работает по программе «конвергенция». Немножко учит нас…
— Папа знает восемнадцать языков, — заявил Тим. Он притащил еще один стул, держа его обеими руками перед собой. — А я — шесть.
Игорь усмехнулся. Для роддэра шесть языков — не повод для хвастовства.
— Вы начнете с пирога или подогреть что-нибудь посущественнее? — осведомилась миссис Эванс.
— Сладкое мы сегодня уже ели, — садясь за стол, ответил Игорь.
Я проснулся резко, словно от толчка. Обычно такое случалось со мной в минуты опасности. Сейчас опасностью и не пахло. Я улыбнулся понятному лишь мне каламбуру, стараясь по-настоящему вслушаться в запах этого дома. Он не был ни злым, ни жестоким, в нем не чувствовалось ни скрытой враждебности, ни затаенной тревоги. Почему же я ощущаю какой-то холодок? Почему со вчерашнего дня меня не оставляет беспокойство?
Повернувшись, я посмотрел на соседнюю кровать, где безмятежно спал Тимми. Хороший мальчишка. Хоть и не роддэр, но явно не дурак, похоже, ему немного осталось до знака самостоятельности… А у меня не проходит к нему настороженность.
Вчера вечером, когда родители Тимми уже легли, а мы еще досматривали развлекательную программу по молодежному каналу, Игорь поинтересовался:
— А где мы будем спать?
Не отрываясь от экрана, где герой в сверкающем белом плаще крошил неизменным лазерным мечом исполинских тараканов, напевая при этом о цветах для своей любимой, Тимми сказал:
— Кто-нибудь со мной, а двое — в соседней комнате.
Я поймал его взгляд.
— Отлично, — бодро воскликнул Игорь. — Поболтаем перед сном.
Я поймал его взгляд и сжал губы. Моему другу явно попала вожжа под хвост.
— Да, — подчеркивая каждое слово, произнес я. — Ты
же собирался рассказать Дэви про роддэрские обычаи…
Мы с Игорем напряженно посмотрели друг на друга. Это было ничем не хуже разговора.
«Ты против, Чинга?»
«Конечно. Нечего дурить мальчишке голову».
«Ерунда. Он будет наш».
Обычно, если Игорь решал обратить кого-нибудь в нашу веру, это не занимало много времени.
— Тимми, покажи, куда идти. Спать хочется… — Я зевнул.
— Тогда я тоже ложусь, — выбираясь из кресла, произнес Тим.
А Игорь усмехнулся и слышимым лишь мне шепотом сказал:
— Он станет роддэром.
Не знаю, почему я восстал против этого. Никогда раньше мне в голову не приходило мешать Игорю вербовать новеньких. Может быть, опять вмешалось ощущение непонятной опасности?
— Тимми… — тихонько позвал я.
Откуда-то из глубины набросанных на соседнюю кровать пледов (кондиционер работал на полную мощность) вынырнула тонкая рука. Затем темноволосая голова.
— Я ждал, пока ты проснешься, — с готовностью объявил Тим. — Вы же вчера здорово устали.
Я усмехнулся. Спросил:
— Что, подъем?
Тимми поморщился.
— Холодно… Кто только придумал эту гадость — кондиционеры.
— Кто только включает их в дождь… — в тон ему ответил я.
Тимми заерзал в постели.
— Знать бы, что на завтрак. Решили бы, стоит ли вставать.
Я втянул в себя прохладный, профильтрованный кондиционером воздух. Еще, еще… Мокрая трава и веточки мяты под окном, комочек клубничной жвачки на тумбочке