Дорога запустения стр. 178
объяснений, и ему ответили тревожные вопли и религиозный ужас.
– Господин, господин, ах, это правда, это правда! Ах, господин, благословите.
Юная послушница с полуметаллическим лицом распростерлась на полу, являя неприкрытое обожание. Кадиллак Духновенный сошел с кровати (с операционного стола?), узрел свое отражение в белом кафеле стены и все вспомнил.
«Полное умерщвление! Человек стал сталью…» Он взглянул на свое тело, на руки, на ноги. Металл; гладкий твердый металл, не запятнанный растленной плотью, не замаранный красной кровью, чистейший святой металл. Кадиллак Духновенный благодарно воздел стальные руки.
– Полное умерщвление! Успешное полное умерщвление! – Технический персонал стелился по полу, аллилуйствуя. Кадиллак Духновенный взирал на собственное великолепие в кафеле и вспоминал…
…голос Великого Инженера, звавший его пророчествовать…
…армия против армии, сражение равных, а между ними – Бедные Дети, беспомощные, без вождя и лидера…
…яркие огни, жужжащие блестящие машины, холодный-холодный кафель, сверкающая сталь, тьма.
– Сколько времени прошло? – спросил он женщину-кибертехника.
– Восемь дней, святейший. Мир рехнулся, святой отец: купол базилики уничтожен, сыромясые осквернили святилище, когда благодарили небеса за победу; здесь велись бои, сражения проигрывались и выигрывались на этих самых улицах, сотни погибли и… простите меня, сбрендили даже время и пространство. Все переменилось: во вселенной вырвалось на свободу безумие.
– Спокойно, малышка. Выходит, потом порядок и гармония восстановились, – сказал Кадиллак Духновенный. В миг концентрации вокруг его правого запястья возник черный ореол. Техники резко вздохнули и стали аллилуйствовать. – Чем Серая Госпожа была, то я есмь, и более того. Она была низменной плотью, я же – священная сталь. Я – избранник Великого Инженера, Человек Будущего; сила пылает в моих проводах… – И он разжал пальцы на правой руке, и тьма залила всех техников, кроме двух говоривших с Кадиллаком Духновенным, и превратила их в черное дымящееся нечто, непредставимо мерзкое и непотребное. Кадиллак Духновенный рассмеялся металлическим смехом. Он был одержим властью; каждое следующее злоупотребление должно быть сочнее, глубже, полнее. На глазах у пресмыкающихся прислужников он трансформировался, отрастил крылья, пропеллеры, циркулярные пилы, тахионные бластеры, радиоантенны, переносные настольные фисгармонии, колеса, гусеницы, сопла, ракеты, стиральные машинки, и весь алхимически замутился.
– Вы со мной, – скомандовал он кибернетику и технику, что провозгласили его господином. – Я устал от превращений. – Кибернетику он сказал: – Будешь моим камергером, – а технику: – Будешь моим главным инженером. Не бойтесь меня… вы должны меня любить. Я приказываю. А теперь я желаю низкопоклонства моего народа.
– А-а, – сказала камергер.
– Э-э, – сказал главный техник.
– Где верующие? – вопросил Кадиллак Духновенный
– Увы, они не верили так, как верили мы, – сказала камергер.
– Они решили, что вы погибли, когда самолет врезался в купол и тот развалился, –
сказал главный инженер.
– Вы, конечно, были в подземелье, в безопасности, – сказала камергер.
– Но они-то этого не знали, – сказал главный инженер.
– Так что они, э, сменили объект верования.
– Они поклоняются теперь кое-чему другому.
– Это, э, поезд.
– Он прибыл из Стальтауна после бури времени и предложил всем Бедным Детям прибежище.
– Вы же видите параллель, святой отец: пророчества, которые вы распространяли, о Стальном Мессии, что явится из Стальтауна и спасет верующих от войны и опустошения…
– Они, э, ушли с поездом.
– Что? – зарычал Кадиллак Духновенный. Нарастив пропеллеры, он взмыл в воздух.
– Летите на запад, – добавила камергер.
С воздуха Кадиллак Духновенный увидел, что Град Веры