Библиотека

Дороги шли через войну стр. 7

Размер шрифта
-
+
Тема

В начале мая 1943-го младший лейтенант Дронов прибыл на фронт, под Курск. Дивизия, в которую он попал, занимала оборону в районе Прохоровки. Юрию дали пулеметный взвод, в нем было три расчета станковых пулеметов «максим» и восемнадцать бойцов.

— Вот ваша позиция, Дронов. Зарывайтесь в землю и готовьтесь встретить врага.

Начальник штаба батальона капитан Житков был строг, сух и нелюбезен. То ли строгость напускал на себя специально, то ли бессонные ночи, непрерывное мотание по переднему краю сделали его таким. Но, в сущности, капитан был прав. «Свеженький», необстрелянный младший лейтенант понимал это и суровость капитана принимал как должное.

Взвод закапывался в землю. Место было открытое — позицию заняли на пустом колхозном поле, западнее деревни Бубновки. Впереди слева зеленел небольшой лесок. На карте он назывался красиво: Королевская роща. Кто так назвал и почему — пулеметчики не знали. Здесь был стык с соседями, сюда и был посажен взвод Дронова с тремя пулеметами. Фланг или стык между подразделениями всегда соблазнителен для противника и очень опасен для обороняющихся. Это знал Дронов, этому его учили. Отсюда вытекал неизбежный вывод: рассчитывать надо на худшее.

Как-то на позицию пришел капитан Житков. Зашел спереди, потом глянул с флангов. По выражению лица видно: недоволен.

— Дронов, ко мне! — позвал командира взвода.

Юрий вылез из траншеи и подбежал к капитану. Начальник штаба поставил его рядом с собой.

— Что сам скажешь, какую оценку поставишь?

Дронов внимательно осмотрел свою позицию:

— Думаю, все нормально. Взвод укрыт надежно.

— А что это торчит над окопом?

Дронов не смутился:

— Пулеметный щит, товарищ капитан. Наша броня.

— Броня-то броня, — хмуро сказал начштаба, — да только щит хорошо виден. Демаскирует позицию.

— А куда его денешь? На дно окопа пулемет не поставишь.

Капитан строго отрезал:

— Значит, щит надо снять!

Они подошли к траншее. Капитан прыгнул вниз, высунул голову, покрутил ею, уперся локтями о бруствер. К ногам посыпалась земля. Капитан попробовал подняться наверх. Получилось это не сразу: вырыли глубоко, а ступеньки для выскакивания на случай контратаки не сделали. И опять разбор недостатков и категоричные указания.

— Смотри, Дронов, если не успеешь сделать все как надо — кровью людей заплатишь, — сказал Житков, уходя с позиции.

Юрий вспыхнул от обиды, будто пощечину получил. «Ничего хорошего не заметил, — неприязненно подумал он о капитане. — Много ли ума надо — разгоны устраивать…» Он не знал, как вести себя с начальником штаба. Пожалуй, лучше не показываться ему на глаза. Но вскоре в их взаимоотношениях произошла перемена.

В один из дней, под вечер, Юрия вызвал командир роты. На обратном пути он заглянул в землянку комбата и увидел на грубо сколоченном столе пачку писем, пришедших на их полевую почту. Ни командира, ни Житкова в землянке в это время не было. Дронов взял письма и стал перебирать их, читая адреса. Увидел на одном из треугольников обратный московский адрес. Но почерк был незнакомый — ни отец, ни мать так не писали. Еще раз прочитал обратный адрес: «Москва, 1-й Зборовский переулок». А Дроновы жили на соседней улице. «Интересно, — подумал Юрий, — кто же это живет по соседству со мной?» Оказалось, письмо из Москвы пришло на имя Житкова Алексея Константиновича. Юрий обрадовался. Он положил письмо на место, взял только письма солдат своего взвода и вышел

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.