Драконы во гневе стр. 19
я знаю, что он трус. Двадцать пять лет назад я назвал правителей трусами. Сказал им, что Кайтрин поклялась вернуться. Станут ли они прислушиваться к советам того, кто связан со мной? В этом случае народ может поставить под сомнение их право на власть и способность здраво мыслить.
— И то и другое можно оспорить, раз они оказались так глупы или трусливы.
Ворон покачал головой:
— Я не стал бы заострять на этом внимания. Помните — если вы хотите повести войска против Кайтрин, вам, как минимум, необходимо располагать этими войсками. Если вы заставите правителей выбирать между вами и видимостью собственной компетенции, какой, по-вашему,
выбор они сделают?
— Это касается отнюдь не всех, Ворон. Королева Джераны Карус на троне совсем недавно и не связана предрассудками своего отца. С тобой поступают несправедливо.
— Да, но эта несправедливость продолжается на протяжении уже больше двух десятилетий. Те, кто сейчас держат меня в этом подвале, еще на свет не появились, когда с меня сорвали придворную маску. Однако они верят всему, что им с детства внушали обо мне. Даже если вы, и король Август, и королева Карус встанете и заявите, что это было ошибкой, никто вам не поверит. Тем не менее, ваше высочество, в чем-то вы правы. Королева Карус вполне может заявить, что была введена в заблуждение насчет меня. Вам следует воспринять это как урок и утверждать то же самое. Вы должны отстраниться от меня. Должны говорить, что я обманул вас и вы возмущены этим. Не допустите, чтобы мои старания пропали даром. Вам выгодно отступиться от меня, а все, что для вас выгодно, обернется неприятностями для Кайтрин.
Алексия так яростно замотала головой, что тяжелая светлая коса стеганула свою владелицу по щеке.
— Нет, этого я не сделаю. Я думала об этом. Долго. Ты — друг. Ты спас мне жизнь. Я тревожусь о тебе, и я не бросаю людей, имеющих для меня такое значение.
— Принцесса, я не хочу увлечь вас за собой на дно.
— Ты не утащишь меня на дно. Как ты справедливо заметил, я достаточно сильна, чтобы унести тебя, Ворон, — она встала и посмотрела на него сверху вниз. — У меня есть план. Он спасет тебе жизнь, и он невероятно прост. Я выйду за тебя замуж.
Ворон сел на колени, удивленно открыл рот, а потом вдруг негромко рассмеялся. Передернув плечами, он снова откинулся к стене.
— Превосходно, принцесса. Жестоко шутить со мной таким образом, но шутка удалась, ничего не скажешь.
— Это не шутка, Ворон.
Он вскинул голову, в здоровом глазу мелькнул страх.
— Лучше бы это была шутка.
— Нет. Все складывается просто замечательно. Я выхожу за тебя замуж, и ты становишься моим принцем-консортом. Это вознесет тебя на такую иерархическую высоту, что Скрейнвуд не сможет запросто и быстро казнить тебя. Будет новое судебное разбирательство, поскольку согласно всем договорам между Ориозой и Окраннелом судебное разбирательство in absentia не имеет законной силы. Более того, тебе предъявлено обвинение в измене, но поскольку в результате брака со мной ты становишься гражданином Окраннела, это обвинение к тебе больше неприменимо. Максимум, в чем тебя можно обвинить, это в шпионаже, но и тут у них ничего не получится, поскольку в этом случае в суде