Библиотека

Драконы во гневе стр. 17

Размер шрифта
-
+
Тема

оторвав внушительную задницу от деревянного кресла, отставил свой импровизированный трон в сторону, освободив люк над входом в погреб.

Когда люк гостеприимно распахнули, принцесса сняла с крюка фонарь и подвернула фитиль, чтобы тот горел ярче. Вниз уходила лестница; спускаясь, Алекс чувствовала, как погружается в холодную, сырую мглу. Охранник захлопнул люк над ее головой и, судя по скребущим звукам, снова занял свой пост. Она внимательно прислушалась, стараясь уловить, не вздумает ли Мэбли распорядиться заточить в подвале заодно и ее, но ничего не услышала. Жаль. Она надеялась, что судья выкинет-таки какую-нибудь глупость, однако он был слишком труслив, чтобы нанести удар открыто.

Толсин — городок маленький, и тюрьма тут по большому счету ни к чему. Когда Ворона арестовали, встал вопрос, где его содержать, и погреб под «Чертополохом» сочли наилучшим вариантом. Алексия и капли не сомневалась, что Мэбли либо владеет этой таверной, либо имеет в ней долю, ведь правительство Ориозы постарается сделать все, чтобы держать Ворона в надежном месте.

Насколько принцесса могла судить, подготовка к размещению здесь Ворона свелась к минимуму. Один угол погреба расчистили и набросали там немного соломы. К балке прикрепили засов с ушком, с которого свисали заканчивающиеся ручными кандалами цепи, достаточно длинные, чтобы Ворон мог лежать. Надо сказать, последнее обстоятельство удивило Алексию.

В конце концов, свет фонаря коснулся самого Ворона, и то, что поначалу показалось скрючившейся в углу белесой призрачной фигурой, отчасти обрело цвет. Пленник оказался полностью обнажен; таким телом гордился бы любой юноша, однако длинные седые волосы и борода свидетельствовали о немалом жизненном опыте своего обладателя. На левой ноге все еще угадывалась опухоль — там, где был перелом, лишь частично исцеленный магией. Единственный шрам на лице начинался у линии волос, пересекал правую щеку и уходил дальше, к ключице, где начинались еще два шрама, тянущиеся вниз по бедру и дальше к колену. На теле было множество других шрамов, побелевших от времени.

Алексия тяжело задышала — не потому, что Ворон был обнажен и не при виде старых шрамов. На груди, предплечьях, ногах и лице — всюду виднелись свежие синяки и ссадины. Нижняя губа была рассечена, левый глаз заплыл и не открывался. На правом виске волосы слиплись от запекшейся крови, а синяк на груди, без сомнения, напоминал отпечаток каблука.

Ее возмущенное пыхтение заставило Ворона открыть здоровый глаз. В его взгляде не было страха, в нем полыхала едва сдерживаемая ярость. Однако увиденное заставило уголок рта пленника дрогнуть в знакомой улыбке.

— Принцесса… Это большая честь для меня. Простите, что не встаю.

Алексия покачала головой и

опустилась на корточки, поставив фонарь рядом с кучей соломы.

— Тебя били?

— Я их сам спровоцировал.

Она нахмурилась.

— Ты же без особых возражений пошел с ними и вроде как не собирался делать никаких глупостей.

Он фыркнул, улыбка растянула рассеченную губу.

— Ваша вера в меня очень воодушевляет. И тем не менее я действительно спровоцировал их.

— Как?

Он вскинул руки.

— Они привязали цепи так высоко, что я не мог лежать, — сверкнув правым глазом, Ворон развел руки и тут же резко соединил запястья. Наручники звонко ударились друг о друга, и правый раскрылся. — От кандалов есть толк только тогда, когда замок заперт. Я отмотал часть цепи

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.