Древнегреческая застольная, шутливая и эротическая эпиграмма стр. 4
остерегайся людей!
Кто-нибудь втянет иначе, вдыхая, тебя прямо в ноздри:
Легче воздушной струи тело намного твоё.
Смерть не пугает ничуть: ты и мёртвым останешься прежним.
Призраком станешь тогда точно таким, как сейчас.
Вопрос ритору (11, 376)К ритору раз, Диодору, бедняк подошёл и судебный
Каверзный задал вопрос — вот что ему он сказал:
«Раз у меня убежала рабыня — нашел её некто,
Отдал рабу своему в жены её, хоть и знал,
Что не его, а другого рабыня была господина.
Дети пошли. Кто же прав больше имеет на них?»
Долго обдумывал ритор вопрос и хватался за свитки,
Брови сводя на чело. Вот что ответил закон:
«Тот, кто присвоил рабыню, тот может считаться владельцем
Этих детей, но и ты право имеешь на них.
Милость судей завоюй, тогда дело мгновенно решится
В пользу твою на суде, если всю правду сказал».
Советы влюблённым (5, 216)Если любовь одолела тебя, то разбитое сердце,
Полное тщетных молитв, пусть не сдаётся вовек.
Сдержанный в чувствах своих, бровь держать высоко постарайся
И с снисхожденьем смотри на окружающий мир.
Женщин обычай таков: презирают нещадно спесивых,
Громко смеются над тем, плачется кто без конца.
Сложный выбор (5, 269)Как-то среди двух молоденьких женщин пришлось возлежать мне.
Нежно одну я любил, но полюбился другой.
Та, что любила меня, всё к себе привлекала, и скупо,
Вор словно, я целовал первую — ту, что любил.
Ревность соседки хотел обмануть, всё боясь её гнева:
Он предвещал бы конец страстной взаимной любви.
Горько вздохнув, я сказал: «В самом деле, двойное несчастье!
Тяжко, когда ты любим, но и любить нелегко».
Нестареющей красавице (5, 282)Долгая старость приблизится скоро к Мелите изящной,
Прелесть же лет молодых ей не дано потерять:
Щёки пылают огнем, в глазах непрерывная жажда
Взглядом своим обольстить. Пусть ей немало и лет —
Дерзость девичья осталась. Понятно теперь мне всё стало:
Не победит никогда время природы закон.
Обращение к Персефоне (5, 289)Враньих три века почти скоротавшей старухе от смерти
Часто на нашу беду случай отсрочку даёт:
Злющее сердце её не прельстит золотая монета,
Добрая чаша вина чистого не ублажит!
С девушки глаз не спускает. Заметив, как та начинает
В разные стороны взор тайный порою бросать, —
Наглость! — по нежному личику тут же наносит удары —
Девушка плачет навзрыд, просит её пощадить!
Если и вправду Адонис любим был тобой, Персефона,
В нашем несчастье помочь общем, богиня, прошу,
Милость одну окажи нам обоим: избавь от старухи
Девушку, чтобы беды прежде не вышло какой!
Всё в меру! (5, 299)«Меру во всём сохраняй!» — поучает философ. Я, словно
Некий красавец и хлыщ, вдруг о себе возомнил:
Думал, я целиком завладею сердечком девчонки!
Скоро, однако, узнал, что за плутовка она:
Голову гордо задрала и, брови насупив, хотела
Мне показать, что была слишком развязна со мной.
Я, неподатливый, важный, надменный, спесивый и жёсткий,
В небо вознесшись в мечтах, свергнут теперь с высоты!
Всё вверх дном встало. Теперь, унижаясь, взываю к девчонке:
«Не отвергай, пощади! — молит мальчишка тебя!»
Пример Диогена (5, 302)Выбрать дорогу какую в любви? Ведь от алчных до денег
Девок на улицах ждать только