Дрожь стр. 166
что и походило, то на место, куда идут лечиться те, у кого нет денег. Я выбросила эту мысль из головы.
— Я стащила у мамы ключи, — сказала Изабел. Надо отдать ей должное, голос ее прозвучал совершенно спокойно. — Идемте. Джек, сделай одолжение, постарайся никого не загрызть по дороге.
Джек пробормотал что-то нечленораздельное. Я оглянулась назад: Сэм, покачиваясь, стоял на четырех лапах.
— Изабел, скорее. Действие бенадрила заканчивается.
Изабел дернула рычаг стояночного тормоза.
— Если нас арестуют, я скажу, что вы меня похитили.
— Вперед, — рявкнула я и открыла дверь. Оливия с Джеком поморщились от холода. — Вам двоим
придется бежать.
— Я вернусь и помогу тебе отвести его, — сказала Изабел и выскочила из джипа.
Я оглянулась на Сэма, и он вскинул на меня глаза. Вид у него был ошалелый, заторможенный.
На миг я застыла под его взглядом, вспомнив, как мы с ним лежали в постели, нос к носу, глядя друг к другу в глаза.
Он издал негромкий тревожный звук.
— Прости меня, — попросила я его.
Вернулась Изабел, и я вышла из машины, чтобы помочь ей. Она сняла ремень и ловко перетянула им морду Сэма. Я вздрогнула, но права запретить ей делать это у меня не было. Ее, в отличие от меня, волки не кусали, а предсказать, как поведет себя Сэм, не мог никто.
Мы с двух сторон подняли его и вперевалку потащили к больнице. Изабел ногой распахнула дверь, которая уже была слегка приоткрыта.
— Смотровые в той стороне. Запри его пока в какой-нибудь из них, сначала разберемся с Оливией и Джеком. Может быть, он превратится обратно в человека, если достаточно долго пробудет в тепле.
Изабел проявила невиданное милосердие; мы обе с ней прекрасно знали, что снова обратить его в человека способно разве что чудо. Самое большее, на что я могла надеяться, это что Сэм ошибался и противоядие не убьет его, несмотря на волчье обличье. Я двинулась за Изабел в небольшую кладовку, заваленную разнообразными вещами и пропахшую каким-то медицинским резиновым запахом. Оливия и Джек уже ждали нас там, склонив друг к другу головы, как будто о чем-то разговаривали. Меня это удивило. Когда мы вошли, Джек поднял голову.
— Я больше не могу выносить ожидание, — сказал он. — Можно наконец покончить с этим делом?
Я взглянула на лоток с дезинфицирующими салфетками.
— Я пока протру ему руку?
Изабел закатила глаза.
— Мы собираемся сознательно заразить его менингитом. По-моему, глупо беспокоиться, как бы не занести грязь в место укола.
Но я все равно протерла ему руку, пока Изабел вытаскивала из холодильника наполненный кровью шприц.
— О боже, — прошептала Оливия, не сводя глаз со шприца.
Времени утешать ее у нас не было. Я взяла холодную руку Джека и развернула ее ладонью вверх. Так делала медсестра, перед тем как вколоть нам прививку от бешенства.
Изабел взглянула на Джека.
— Ты точно этого хочешь?
Он ощерился. От него исходил резкий запах страха.
— Давай уже, коли.
Изабел заколебалась; я не сразу сообразила, в чем дело.
— Дай я сделаю, — сказала я ей. — Мне он не повредит.
Изабел передала