Другая правда. Том 2 стр. 138
Димку, но при этом не выведет на меня. Я несколько раз перечитал все материалы и вдруг сообразил: Димка на допросах врал следствию. Когда заполняли анкетные данные на титульных листах протоколов, на вопрос о наличии судимостей он все три раза отвечал: «Нет». Свидетелей по базам обычно не пробивают, что есть в паспорте – списывают оттуда, чего нет – записывают со слов допрашиваемого. Можно наврать и про работу, и про судимости. Если свидетель не вызывает сомнений, проверять никто не будет. А Димку, которого прикрывали комитетчики, проверять точно не стали бы, поэтому он мог бы на допросе назваться даже президентом холдинга. Если убрать из материалов все титульные листы протоколов допросов Щетинина, Ксюша рано или поздно это отметит, нужно только оставить ей одну-две наводки на фамилию, чтобы она сообразила, что на всех свидетелей хоть какие-то сведения остались, не титульные листы – так оглашение в судебном заседании, внесенное в протокол, а на Щетинина – ничего. Ни имени, ни отчества, ни года и места рождения. Она начнет искать. И найдет. Обнаружит, что он дважды судим. Эти одну-две умышленно оставленные наводки девочка, надо полагать, расценит как ошибку, недогляд тех, кто пытался скрыть Щетинина. И вцепится уже мертвой хваткой настоящей журналистки. Хорошо, что мать Сокольникова по недомыслию не убрала из дела упоминания о неонацистской группировке. Вернее, убрала, конечно, но не все. Про то, что выдала ее дочь, забыла. А может, и не знала, потому и в деле не искала. А про копии диплома наверняка даже в голову не брала… Ксюшу мы потеряли. Все случилось очень неожиданно и очень быстро. Девочка была хорошая, я искренне погоревал вместе с Аллой. Но план должен быть выполнен, мне так хотелось. Новый кандидат пришел мне в голову почти сразу. Ксюшин ухажер, я помнил его еще с тех времен, когда ребята были студентами. Управлять Аллой было несложно, так сложилось с самого начала, много лет назад. Мне легко было убедить ее в чем угодно и сделать так, как нужно мне. Умение уговорить, дар убеждения – мои бессменные орудия, составляющие мою силу и приводившие меня к успеху.Татьяну Томилину я наметил сразу, когда еще только составлял план, ориентированный на Ксюшу. Но Ксюша нас покинула. А задумка осталась. Жизнь чиновника кое-чему научила меня, в частности, тому, что документы нужно уметь читать. Не тупо складывать буковки, а читать осмысленно, понимая, что стоит за каждым словом. Для того чтобы выцепить из бумажного хаоса Щетинина-неонациста, нужно иметь хотя бы минимальные навыки чтения уголовных дел. С Томилиной я не был знаком, но много слышал о ней, внимательно прочел все ее интервью, посмотрел имеющиеся в интернете записи телепрограмм с ее участием. Бывший следователь, пишет книги, периодически проводит семинары и практикумы для начинающих авторов, желающих попробовать свои силы в жанре детектива. То, что надо.Идея с консультациями Томилиной оказалась богатой: когда не стало Ксюши и мой выбор вполне логично пал на Петра, появился повод вытащить парня в Москву. Пусть будет у меня на глазах. Пусть делится успехами, рассказывает, как движется дело. А я, как обычно, стану помогать и советовать… С Томилиной сорвалось, но на мои планы не повлияло. Какая-то Каменская, бывший опер, без малого десять
Переход на страницу