Другой сценарий стр. 129
— его сын.
— А Галька- племянница?!
— Ну да. Галькина мама- родная сестра дяди Юры.
Дальше она говорила, что все давно готовилось, я не могу это пропустить! А я находился в легком ахуе.
В двадцать первом веке и СМИ, и досужие разговоры утверждали, что в России фантастическое социальное неравенство. И между богачами и народом — пропасть. То ли дело в СССР!
В восемьдесят третьем году, после ухода Романова на повышение, в Ленинграде пошло реальное улучшение жизни. В частности, была принята программа расселения коммуналок. Под это дело, отдельным постановлением Исполкома, был расселен четырехэтажный дом на Васильевском Острове. И все бы ничего. Но ремонт, перепланировка и перестройка дома, делалась для одного — единственного человека. Юрий Нариден — начальник строительства системы защитных сооружений Ленинграда. Проще говоря, Дамбы. Насколько я помню, по весне и вселился. С семьей. Там пост ментов поставили, и считалось, что это какой то секретный объект.
Во первых, пропасть между простым работягой, у которого вообще ничего своего- и товарищем Нариденом, гораздо больше, чем между работягой со своей квартирой и Абрамовичем. А Нариден- всего лишь крупный специалист.
Во вторых, наша милая и славная Галька- племянница чувака, построившего дамбу, а потом и мост между Россией и Крымом.
А в третьих, моя Лишова называет его дядей Юрой. Не считая того, что его сын, от нефиг делать, в нулевые наймет то же пиар агенство, что продвигало Милонова. Двинет в депутаты. И потрясенный мир узнает, что Наринены- потомки Матильды Кшесинской.
Вичка видимо что то такое увидела у меня на лице, потому что спросила:
— Ты чего, Коль?
Пожал плечами:
— Ну, раз я совершенно свободен, мы с Сурковым сходим вечером в Шайбу. Может с девушками познакомимся.
Она неожиданно засмеялась. На мгновение прижалась, и бегло коснулась губами моей щеки.
— Перестань сочинять, Коль. И я так и не рассмотрела как ты живешь!
Обсудить экскурсию ко мне домой мы не успели. Прозвенел звонок, и мы пошли на разные этажи.
Я замешкался, и не видел отправки экспедиции в универ. Пожал плечами, перешел мост, сел в машину, и поехал к Суркову.
Слегка нарушив правила, Мучным переулком вырулил на Садовую. Постояв на светофоре, пересек Невский, проехал прославленное здание Военной Комендатуры, и свернул направо, на Инжинерную. Мимо цирка, по мосту, пересек Фонтанку, свернул. Суркова дома не было.
Кроме того, было нечего жрать, и выпить. Снова оделся, и поехал на Некрасовский рынок. У Сереги странное расписание. В этом семестре они начинают учиться со второй пары.
— Ты не помыл машину, Дух! — появившись на кухне, Сурков втянул носом вкусный
запах. Свиные почки в сметане, с грибами, и отварной картошкой. Я бы не связывался, но мясник уверил меня, что почки уже вымочены, и можно готовить. Если нет, приедешь и набьешь морду, если хоть кто скажет про запах. Не соврал.
Поставил перед Сурковым тарелку, и полную рюмку. Мы чокнулись, и принялись за еду. К тому моменту, когда он вытирал корочкой тарелку, я налил ему и себе еще, и закурил.
— Рассказывай!
Электричка из Киришей пришла на первый путь в пятнадцать сорок. Было тупо неудобно идти в вокзал. Да и рюкзак оказался легче, чем ожидалось. Я, Коль, подумал, и решил, что лучше домой.