Другой сценарий стр. 35
досыпать.
Иностранные торговые суда, не обнаружив приемного буя на привычном месте, сдуру чуть не вошли в гавань Балтийского флота, в Кронштадте. Потому что оторванный буй так и болтался в море. А героический буксир сорвал с места приемный буй, и, скребя его якорем по дну залива, протащил от Кронштадта до порта. Заодно порвав лежащие на дне важные кабеля. Как думаешь, Дух, капитана посадят? Хорошо что я в это время был дома.
Поржали, чего там. Решили что обойдётся. Потому что приказ был притащить буй? Извольте.
Я не помню каких либо неприятностей у Иво на работе. Недавно закончив мореходку, он, с подачи отца, составил план, и стал его осуществлять. Через три года поступит заочно в родную Макаровку на получение штурманского образования. Закончит и уйдёт в загранку. И станет потом, в конце — концов, капитаном. Будет нанят каким то оффшором, и будет ходить на большом сухогрузе по морям.
А пока мы обсуждали сравнительные характеристики армии и флота. Иво уверял что моряки круче. А я соглашался, чем доводил его почти до истерики.
— Флот, Ивик, это такой общесоюзный загон для мазохистов. А армия, все же, более спокойное место.
— Ты, зелёный, фильтруй свой кавалерийский акцент, а то и до беды не далеко. Кормежка у нас лучше.
— Если армию кормить, то нафиг она нужна? Но в море грибы не растут, а в лесу- таки да! Вот этого флот никогда не простит армии. Тем более что у вас там вся служба в тепле. А у нас- в снегу.
Электричка ехала сквозь странный питерский свет, что бывает только в этих местах. Когда до полудня не понять, утро или вечер за окном. Иво рассказывал, что девчонки из нашей школы очень жалели, что мы с Сурковым куда то пропали. Вы, пацаны, завязывайте скрываться, они и так уже сплошь ленинградки.
Ну да, большинство из нас переберётся в Питер или Москву. А кто-то и в Канаду со штататми.
На Балтийский вокзал электричка пришла около восьми и слегка переполненная.
Прошли через вокзал. Иво пошел на трамвай. Поедет на Двинскую улицу и в порт. А я повернул направо. Купил свежие газеты и спустился в метро. Мне, с одной пересадкой, до Невского.
Пресса июня восемьдесят четвертого- это что то. Минимум информации, при чудовищной многословности. Кое-как выяснил, что СССР не участвует в Олимпийских Играх. И что у нас будет спартакиада «Дружба». Но Китай и Югославия все-же едут в Лос-Анжелес. Жалко наших ребят. Многие сейчас на пике формы и возраста. К следующей олимпиаде они перегорят и сильно сдадут. Про Афган ни звука. Старцам из политбюро еще не понятно, что афганцам нафик не нужны все их подачки, и социальные новации. И нам, и всему миру, еще долго будет невдомек, что афганцам не интересны ни институты, ни дороги, ни школы с больницами. Что они готовы на любые жертвы, лишь бы их дочери не красили ресницы и не пользовались помадой. И что ради этого они победят не только СССР, но и США.
Из метро я выбрался на Невский в пол — девятого. Пошел в сторону Дворцовой. Мимо Дома Книги, мимо «Лягушатника». В кафе «Минутка» заточил чашку бульона, с парой пирожков, и решил