Дубовый Ист стр. 4
городка в Мещерской низменности. Оттуда он поехал к поселку Черусти и уже там проложил маршрут к школе. Эта часть Подмосковья напоминала Воану ненастную и мрачную сказку, битком набитую похитителями и лисами-убийцами.
Он взял карту с пассажирского сиденья. Места были глухими, так что интернет сделал ручкой. Воан ощущал себя первооткрывателем. Чумазым дикарем. Но так даже лучше. Чтобы найти убийцу, нужно протопать по его кровавому болоту и присесть рядом. Возможно, выкурить вместе сигаретку.
Неожиданно в голове Воана всплыл Ледовских.
— Тебе-то хрена ли надо? — проворчал Воан.
Говоря начистоту, тот разговор начался примерно так же. Воан вошел в кабинет и без приглашения плюхнулся в одно из кресел.
— Ну и хрена ли тебе надо, Дмитрий Валерьевич?
Ледовских смотрел с раздражением и сочувствием.
— Вот знаешь, Иван, есть определенный набор клише, которые я ненавижу. Одно из них — разговор со слов «я всё понимаю». И что же мне делать? Потому что я всё понимаю, но это уже перебор. У тебя есть своя работа. Наша, если угодно. А трудишься ты на благо государства. На благо — а не во вред, ломая всем руки!
— И носы?
— Да, черт возьми, и носы!
Имя Воана вызывало определенные трудности. Произнося его, человек как будто терял связь с собственным языком. Воан разрешал называть себя Иваном. Однако тогда это почему-то вывело его из себя.
— А что именно перебор? — огрызнулся Воан. — Что в моих зубах застряла чья-то задница? На вкус как картон, доложу тебе.
— В том-то и беда, бешеный ты пес. Ты не знаешь, кого кусать. Потому что там никого не было, кроме нее.
— Не смей, слышишь? Не смей даже заикаться об этом, пока я не свихнулся прямо у тебя в кабинете. Ее хладнокровно убили. Растерзали у нас дома! Дома, сучий ты потрох! — Наверное, в тот момент Воан кричал. Да, он совершенно точно не держал себя в руках.
— Вань, я больше не позволю тратить на это ресурсы.
— Тогда я продолжу тратить людей, — прошипел Воан.
— И этого я не позволю. Отныне ты ждун, Ваня. Человек на подхвате. Я хочу тебя приструнить, но не хочу отпускать. Одумайся, пока есть шанс.
Они еще поговорили.
В том числе об одной сломанной лучевой кости и одном сломанном носе. Переломы достались разным людям. Парочке ребят из патрульно-постовой службы. Они не имели ничего общего с теми бездарями, которые опрашивали соседей, когда Лию убили. Зато эти посчитали его чудовищем.
— Вань, вот тебе без обиняков, ладно? — сказал Ледовских. — Ты уникален. Методы твои, конечно, вызывают опасения, но ты ни разу не ошибся. Ты как комбайн по переработке отходов. Всегда найдешь семечку. Я не знаю другого такого же следака.
— Тогда почему не веришь, что ее убили? — Воан ничего не понимал. — Ее рука, нож…
— Потому что это не так, Вань. Конкретно это убийство только у тебя в голове.
И вот опять.
Ледовских предложил Воану посидеть на заднице ровно — без дел и ресурсов. Так сказать, отдышаться. Воан воспринял это в штыки. Он выдернул из-под рук Ледовских какой-то цветной лист бумаги и размашисто изобразил на нем рапорт об увольнении. А в конце приписал: «Пошел-ка ты на хер, Димуля».
Стоило ли говорить, что это испортило меню к брачному юбилею