Дуновение картечи стр. 11
мере половина Комитета заявит о своем переходе на другую сторону.
«Я хотел помочь Хевену, вернуть ему былое величие, — прошептал он в глубине своего разума. — Я должен был действовать: Законодатели вели нас прямо по реке энтропии на корабле с отключенными двигателями. Я должен был действовать».
В этом вся проблема. С самого начала каждый шаг казался неизбежным и неотвратимым. А теперь они пришли к этой катастрофе.
— Вмажем им! — крикнул офицер на другом конце линии. — Вма…
Взревели импульсные винтовки. Им ответил плазмомет, и разлетелись капли раскаленного металла и пластика. Мимо объектива камеры пронесся мужчина, сбивающий расплавленное вещество, покрывавшее его ноги. Другой поднялся, чтобы выстрелить над горящей баррикадой и свалился обратно, и его шлем откатился от обезглавленного трупа, разбрасывая мозги. Пьер остановил руку, которая потянулась было отключить изображение. Он обязан смотреть на это. Все они обязаны, но он подозревал, что большинство его дражайших друзей и соратников никогда не поймут, почему.
— Потребуется тщательная координация, — сказала МакКвин из кресла второго пилота бота.
Фигуры на экране кивнули ей. Она улыбнулась в ответ; это случалось редко и произвело именно тот эффект, которого она добивалась.
— Вообще-то потребуется гребаное чудо, но мы все равно должны это сделать, ребята. Теперь поехали .
Бот накренился и нырнул вниз. Громадный бело-голубой щит планеты вырос перед ней, разрастаясь с пугающей скоростью. Бот предназначался для высокоскоростных полетов в атмосфере, и сканеры компенсировали растущий вокруг бота шар раскаленного добела воздуха. Она скривила губы. Благодаря неразберихе из-за попытки переворота Уравнителей управление транспортными потоками совсем не работало, как и наземная система противовоздушной обороны.
— Орбитальные крепости «Свобода» и «Равенство» подают нам сигналы, — это была передача с «Руссо». — Гражданин капитан, они требуют, чтобы мы освободили запретное пространство немедленно.
Раздался голос Нортона, резкий и властный:
— Запишите. «Руссо» оказывает помощь гражданским властям по прямому указанию Комитета. Любое вмешательство в нашу миссию будет считаться изменой Народной Республике. Конец.
— Постойте, — сказала МакКвин в передатчик. «Молодчина , — подумала она. — Лишен воображения, зато абсолютно надежен». — Сэр, не могли бы вы подписать эту передачу вместе с комиссаром гражданина капитана Нортона?
Фонтейн кивнул и добавил свой голос.
Он настоял на том, чтобы спуститься вместе с ней. Он не попросил об этом вслух, но… она доверилась ему.
— Потому что я буду той, кто справится с ситуацией, — тихо сказала она. — Не командовала ею с орбиты, не приказала приступить к ней, но той, кто это сделает .
Фонтейн кивнул. Это также сделает ее спасительницей Комитета… если она на самом деле намеревалась спасти Комитета, а не завершить его устранение — например, как «ошибку» при ударе, который вынесет Уравнителей. Он знал, что ее люди последует за ней, какое бы решение они ни приняла.
— Скорость снизилась до семи махов и продолжает падать, — доложил пилот. — Пока ниче… обнаружение! Нас облучают радаром!
МакКвин кивнула сама себе, когда сработали аварийные ремни, а мир снаружи завертелся с безумной, беспорядочной яростью.
Что-то прожужжало мимо за долю секунды, темное и твердое. «Достаточно близко, чтобы увидеть », — подумала она. Это свидетельствовало о поистине гениальном пилотировании. Бот задрожал, когда боеголовка взорвалась позади них, а помехи заглушили электромагнитную связь.
— Маньяки, — прошептала она. Используют ядерные боеголовки в атмосфере. Однако не полные кретины. Положились не