Дуновение картечи стр. 12
только на логические бомбы как средство не дать флоту вмешаться в их переворот.
Роб С. Пьер не отрывал взгляда от настенного дисплея, прижав руки к седым вискам. Все остальные теперь тоже смотрели, а бой шел уже достаточно близко, чтобы здание не переставая содрогалось от повреждений, наносимых его конструкции. Из колонок раздался голос, полный страдания:
— Нет, Джордж, не надо!
Камера показала раненого человека, прислонившегося к бронированной керамокритом двери. Он посмотрел вверх с искаженным лицом и продолжал упрямо работать над шланговым соединением у себя на коленях. Повозившись, он наконец открыл его и изнуренно откинул голову на метал. Его язык облизал пепельно-белые губы
с той жаждой, которую вызывает потеря крови, но глаза открылись снова, когда в коридоре снаружи раздались осторожные шаги. Разбитая, спаленная мебель когда-то была роскошной, а на полу лежало ковровое покрытие цвета морской волны. Он впитывало довольно сильную струю жидкости, брызгавшую из бронированного шланга, создавая незаметное растущее пятно, а не скользкую массу как на голом покрытии или металле.
Фигуры в броне хлынули вниз по коридору, образуя атакующие группы и двигаясь перебежками вперед. Импульсные ружья загудели, когда они «проверили» обстрелом комнаты по обе стороны, а гранаты время от времени выбрасывали осколки и пыль в сам коридор. Обзор сузился, когда голова прислоненного к двери мужчины поникла; теперь они видели только круг промокшего ковра и мертвые тела, разбросанные вокруг, повстанцев и охранников Председателя.
— Дай нам код доступа, предатель, — раздался голос, полный ледяной ненависти.
Мужчина снова взглянул вверх, видя отражение своего окровавленного лица на лицевом щитке врага, нависшего над ним. Ботинки откинули оружие.
— Нет, Джордж! Не надо!
Видимо, это ясно услышали и атакующие: они посмотрела вверх и вокруг. Тот, что был, в шлеме с щитком, захохотал.
— Не будь храбрецом, Джордж, будь умницей. — Он надавил ногой на раздробленную ногу распростертого мужчины, вызывая конвульсивный стон боли. — Код доступа! Дай его нам, сейчас же !
— Я… дам… — прошелестел мужчина.
Лицо в шлеме кивнуло, наклонилось, чтобы выслушать. На таком расстоянии Пьер мог видеть лицо сквозь забрало, видеть проблеск ужаса, когда пальцы раненого уронили зажигалку на ковер и он осознал, что сейчас произойдет.
— Нет, Джордж, не надо, это бесполезно, не делай…
Камера показала взметнувшееся пламя, а затем дрожащий пузырь расплавленного пластика. Длинный трубный «бууум» пронесся по остову здания, откликаясь в вентиляторных и лифтовых шахтах. Две дюжины пар глаз развернулись к наружному виду, и увидели, как окна в середине башне вылетают с раздающимся ревом огня.
Сен-Жюст деловито работал над консолью.
— Это было частью автоматической защиты, — пояснил он бесцветным бюрократическим тоном. — Не работавшей. Джордж Хендерсон повел команду вниз по шахтам на захваченные врагом этажи, чтобы активировать ее автоматически. — Тусклые бесстрастные глаза на мгновение поднялись вверх. — У него получилось.
— Сколько еще до того, как заработают системы?
— Час сорок пять минут, — ответил глава Госбезопасности. — Капитан Хендерсон купил нам немного времени; они не только потеряли людей, но и вынуждены ждать, пока тот уровень остынет, либо достать противопожарное оборудование. С другой стороны, мы тоже понесли тяжелые потери. Все висит на волоске.
Не в первый и не в последний раз за этот день Роб С. Пьер пожалел, что не может молиться.
«Свобода» и «Равенство» обладали массой