Дурман (СИ) стр. 39
остро будоражит. Или это потому, что второй рукой он обхватил ее под грудью, чуть лениво, но настойчиво играя с чувствительными сосками? Прям казалось, что оторваться не может от этого занятия.
Судя по всему, они так, без перерыва, и на второй круг пойдут…
Вот и сгинула стеснительность, уступив необходимости получить обещанный десерт в недолгий перерыв. Пусть Таню это даже удивляло в самой себе. Но… Честно говоря, вроде бы уже и поздно стесняться. И даже глупо делать это сейчас, после всего.
Виталий на ее вопрос отреагировал. Прищурился немного, внимательно присматриваясь. Видимо, заметил сипение тоже:
— Мороженое? Думаешь, стоит? Не усугубишь, Тань? — потянул на себя ее волосы, намотав на руку. Будто игрался. — Может, лучше, горячего шоколада? Чтоб не остывать? — подмигнул.
Ну-ну. В нем она, как-то тоже, никакой стеснительности не заметила, как бы.
— Есть в медицине такой подход, когда “подобное — лечится подобным”, в гомеопатии, — пытаясь откашляться, пояснила с улыбкой. Хрипло. — У меня тут некоторые хозяева пациентов по этой теме двинулись, пришлось изучать.
— Не понял. Давай яснее, — хмыкнул он. Свел брови.
И правда разобраться хотел? Приятно.
— Ну, от мороженого или, в принципе, холодного, можно охрипнуть. Значит и хрипоту лечить мороженым можно, — попыталась описать. Рассмеялась — “Клин — клином вышибают”, слышал же? Вот, похоже! — подтвердила, когда он кивнул. — Хотя, это упрощенно, там сложнее, все-таки.
— Ну смотри, это ты тут, типа, доктор. Чтоб потом не я виноват был, — криво улыбнулся он, потянувшись к телефону, который они погребли где-то на полу, в куче одежды.
Ее при этом не отпустил. Потащил за собой. Опять откинулся на подушку. Таня в результате всех этих перемещений оказалась у него на груди затылком. А Виталий все еще крутил ее волосы, загребал полными ладонями.
Так непривычно. Лично Тане они больше мешали. Но при мысли о том, чтоб обрезать, а потом по утрам мучиться — над прической думать, жуть пробирала. Лучше уж так: скрутила в узел, и пошла. А Виталий прям с толком таким ее волосы разбирал, выпускать не хотел. Да и, вообще, все непривычно. Странно немного, что ей так легко и просто в такой обстановке с мужчиной, которого вчера впервые встретила. И не коробит ничего.
Виталий набрал кого-то при этом по телефону.
— Здоров, Михалыч! — ее даже трясло немного от вибрации голоса в его груди. На кожу спины передавалось. — Что там у вас, тихо?
Щекотно. Она повернулась и еще раз глубоко вдохнула запах его кожи, из которого, казалось, и не “выбиралась”. Снова подивилась, насколько правильным он ей кажется. Неужели, бывает так? Внезапно, непредвиденно? Бах! И вдруг настолько твое…
— Да, Казак, нормально все. Без происшествий, как обычно, — отчитался кто-то в трубке телефона.
Она лежала слишком тесно и близко, волей-неволей слышно было все.
— Хорошо, — кажется, Виталия все устраивало. — Кто тут сегодня, в поселке, с тобой?
— Гена.
— О, нормально. Не подводит тебя парень?
Тане даже как-то неловко стало, что она “подслушивает”, вроде. Но Виталий действительно не особо давал ей свободу передвижения. Да и накатило, наконец, разморенностью, расслабило тело, пусть и возбужденное все еще. И она решила не дергаться. Пусть сам решает, что и как. А ей хорошо и так.
— Если все тихо, сгоняй тут, привези мне мороженого, шоколадного.