Дурман (СИ) стр. 50
болота вытаскивал с тех пор, как Казаку пять или шесть лет стукнуло. Уже и не помнил точно. Даже когда у Димки самого жизнь — не сахар была, он хрен знает как, а тянул еще и Казака: еду ему приносил из дома, то ли таскал из холодильника, то ли сам недоедал. Виталя не спрашивал, если честно, он знал, что у Димы за отец и примерно догадывался, как друг “расплачивался” за все свои поступки. Но Калиненко это не останавливало. Более того, он уже тогда, в десять лет, фиг знает как, уболтал их слесаря, и тот закрывал глаза на то, что Виталя слишком часто прятался в подвале дома, когда больше идти было некуда. Благодаря заступничеству Бати его из теплого подвала гоняли куда меньше, чем могли бы. Так что он теперь наизнанку вывернется, а все за Диму отстаивать будет, как бы его не допекло.
Появилась мысль, что надо бы послезавтра поехать в колонию, пробить заранее встречу, узнать, что Бате надо? Привезти сигарет, хоть немного еды нормальной. Уточнить, может ему девку какую подогнать, под видом жены, давно слинявшей за бугор?
Поставил мысленную галочку и вернулся к сегодняшнему.
И все ж таки, договорился с этими “клоунами”. Сумел. Блин, даже загордился собой немного. А потом взял и позвонил своей Зажигалочке. Вот так допекло, прям. Как вчера, выходит, хоть и странно. Достали его до печенок, а Казака с Таней потянуло поговорить. Позвонил ей, едва из офиса ай-тишников вышел и закурил; набрал номер, наблюдая, как налоговики в свои бусы набиваются. Только никто ему отвечать не торопился.
И Казака это задело. Реально зацепило настолько, насколько и после месяца знакомства со многими не трогало. А тут просто что-то в мозгу разорвало. Или за грудиной. Обидно стало, с какой-то придури, просто до чертиков. И не спасла положение та смс-ка про операцию. Вот, честно. В тот момент ему по боку было понимание, что у Тани есть какие-то серьезные задачи на работе, что она оперирует живое существо. Он хотел с ней поговорить. Ему это было необходимо, а Таня не ответила…
Может, правда, на фоне недавнего напряга так прямо резануло, конечно. Сюда всю злость сбросил? И в другой момент иначе среагировал бы. Теперь не узнать. Просто взбесился, и все. А вот после ее звонка — как рукой сняло. Нашла слова Зажигалочка, хотя, небось и не поняла, а парой фраз уняла это бешенство внутри. И напряг тот сняла, что за день накопился. Как у нее так вышло? Почему эта Зажигалочка? Поди, разбери.
Но раз уж так, Виталя дураком не был и свое на упускал. А то, что это “свое” сейчас задремало у него на плече, несмотря на грохот басов в кинозале, все инстинкты просто орали.
Любопытно так. Не цепляли его бабы еще настолько. Да и вот так, с первого взгляда, можно сказать, с первого слова, чтоб пробило до костного мозга. Или одурманило аж так, как вчера, чтоб с обрыва вниз головой, ни на что не оглядываясь. Но вот что-что, а рисковать Виталя всегда был готов. Их жизнь из риска на сто процентов и состояла, особенно раньше. Вот и начал присматриваться к Тане, знакомиться ближе, в ее