Дурная привычка стр. 215
наедине. Не зря же сталкер меня звал по секрету от всех.
Я подошел к жилищу капитана. В окне горел свет, но за плотными шторами нельзя было разглядеть, что происходит внутри. Я поднялся на крылечко и постучал. Дверь открылась, на пороге стоял капитан. Он молча отступил в комнату, давая мне возможность пройти. Когда я очутился внутри, Выпь закрыл дверь и подошел ко мне.
Мы обнялись. С капитаном нас связывали очень давние отношения. Когда-то, мы с Охотником вытащили его из очень
большой беды, куда капитан попал, выполняя приказ начальства. В том рейде он потерял весь свой отряд. И сам чуть не погиб. Если бы не наше с Охотником своевременное вмешательство, начальником охраны у ученых сейчас был бы кто-нибудь другой. Естественно, что после произошедшего Выпь был у нас в долгу. Тем не менее, это не мешало нам дружить. Еще более естественно, что это не афишировалось: не положено военному сталкеру быть другом бродяги.
Судя по серьезному лицу, капитан позвал меня не на кофе с булочкой. Что-то произошло, что-то такое, что Выпь решил сообщить мне лично, не доверяя сталкерской сети.
— Ты с военными давно пересекался? — без предисловий ошарашил он меня.
— Ну, — я покопался в памяти, — с месяц, а что?
— Нашкодил? — проигнорировал капитан мой вопрос.
— Да нет, — я озадаченно посмотрел на сталкера. — Через блокпост на Кордоне шел, воинам бутылку передал. Все, вроде…
— И больше не встречался?
— Больше нет. — я пожал плечами и решил уточнить: — Во всяком случае, я не в курсе.
Тут, только, я вспомнил. Свалка! Семецкий! Военный вертолет и снайпер! Я поведал эту историю капитану, присовокупив к ней выдержки из рассказа Ганса. Тот выслушал все очень внимательно и с сомнением пожевал губами.
— Понимаешь, Крохаль, — сталкер прошелся по комнате. — Военные тобой сильно заинтересовались. Тобой, и напарником твоим. Сдается мне, что им даже больше. Причем не просто военные, а ребята из АСО.
Меня передернуло. Опять это Агентство! И снова у меня перед мысленным взором возникла сладкая парочка — Серж и Лядащев. О, Зона, он-то, чем дяде Вите не угодил? Даже если я иду пристежным, а не коренным, легче от этого не становится. Угрохают как ненужного свидетеля. Мне уже начинала сильно надоедать вся эта круговерть вокруг моей персоны. Я никогда не страдал манией величия, а сейчас и подавно не нуждаюсь в наплыве фанатов.
— Откуда информация? — я пристально посмотрел на капитана.
— Лейтенанта молодого помнишь? Того, который вас к завхозу провожал?
— Помню, конечно.
— Он оттуда. Прибыл сегодня днем. На двух БТРах. Конспиратор хренов. И сразу двинул ко мне. Очень интересовался тобой. И, вскользь, Сержем. Но, это «вскользь» меня-то и насторожило. Понимаешь, про тебя он расспрашивал, вроде бы, серьезно, но интереса в его глазах особого не было. А про напарника твоего интересовался так, между делом, но вопросы задавал серьезные, и ответы внимательно слушал. Я в полную несознанку, конечно, не пошел, но информации скинул по минимуму. Так что, Крохаль, давай там, повнимательней.
— Спасибо, брат. Я отдам хабаром.
— А иди ты, куда подальше! За то, что вы с Охотником тогда для меня сделали — это меньшее, чем я могу отплатить. В лагере долго не задерживайтесь. В ночь, конечно, никто вас гнать не