Два лица Пьеро стр. 113
отправилась к Горану. Хотя бы извинилась перед ним. Или просто прошлась по морскому парку, посидела в ресторане на берегу, ощущая ступнями прохладу вечернего остывающего песка, полюбовалась морем на закате, выпила бы вина… с Гораном…
И зачем только она принялась за уборку в этих джинсах? В майке? И теперь одежда грязная. Вернее, стирается в машинке где-то внизу, в большом подвальном помещении под отелем. И когда еще высохнет? Они с Микой нашли в шкафу стопку белых маек с логотипом какой-то экологической общественной организации. Майки были унисекс, длинные до колен, новые, но все пропахли плесенью. Вот тебе и близость моря, повышенная влажность. И теперь Женя ходила по отелю в одной майке и даже без трусиков и бюстгальтера, которые тоже постирала и повесила на террасе, выходящей на густо заросший сад.
Горьковатый запах влажной ткани вызвал в ней чувство тошноты. Она сорвала с себя майку, еще раз помылась горячей водой из бойлера, оценила нежный аромат геля для душа, флакон с которым простоял на полочке в ванной комнате, может, несколько лет…
Чистая, пахнущая грейпфрутом, с мокрыми волосами, она вернулась в свою комнату, села на постель. Вот сейчас она ляжет, и ее кожа снова впитает в себя запах плесени…
Она выключила свет в комнате и подошла к распахнутому окну. Да, воздух здесь, в Варне, да еще и в июне, поистине липовый, сладкий. Она вдохнула побольше воздуха, закрыла глаза. Как же много всего произошло за то время, что она села на борт самолета, который перенес ее в совершенно другую жизнь… Как много всего она преодолела, пережила, перешагнула грани…
Мысленно она уже выходила из отеля, обнаженная, свободная, и шла, точнее, бежала по освещенным ночным улочкам Варны в сторону Сливницы, выбегала на бульвар, в гущу толпы праздно прогуливающихся отдыхающих, спускалась по широкой каменной лестнице в морской парк, и дальше – к морю! Она так хорошо себе представила эту свою шальную летящую прогулку, что даже не удивилась, когда услышала звяканье калитки. В темноте проступила какая-то светлая тень, призрак, затем заскрипела внизу входная дверь, послышались шаги на лестнице, звук медленно открываемых дверей… Отель просыпался, оживал, начинал жить своей новой жизнью.
Кто-то невидимый обнял ее сзади за талию, поцеловал в затылок, чьи-то руки крепко обняли за плечи…
– Тебе Мика сказала? – спросила она, закрывая глаза и чувствуя, как сердце вот-вот остановится.
Но он вместо ответа вдруг резко развернул ее, с остывающими от ночной прохлады плечами, и впился до боли в ее губы.
– Не знал, где искать тебя…
Она ответила на его поцелуй, обняла его. Знала, что это будет их последняя ночь и что никто и никогда не узнает о ее безумствах, о преступлениях, о том, какой она может быть – влюбленной, свободной, бесстыдной, научившейся многому…
Он подхватил ее на руки, уложил на кровать. Она закрыла глаза, боясь, что не выдержит такого даже визуального наслаждения. Однако память оживляла в ней каждую линию его лица, нос, глаза, лоб, густые длинные волосы… Она открыла глаза, и лунный свет, который как-то незаметно прокрался в комнату, коснулся его темных волос, сделав макушку серебряной. А она и не знала, что есть такие красивые мужчины. Просто созданные для любви. Сколько же