Двадцать лет спустя. Часть 2 стр. 46
и прочел:
«Мы скрываем от вас место нашего пребывания, дорогие друзья, зная вашу братскую преданность и будучи вверены, что вы явились бы умереть вместе с нами».
— Черт возьми! — прервал его Портос так яростно, что Мушкетон подскочил на другом конце комнаты. — Значит, жизнь их в опасности.
Д’Артаньян продолжал:
«Атос завещает вам Рауля, а я завещаю вам месть. Если бы, по счастью, вам попался в руки некий Мордаунт, велите Портосу отвести его в сторону и свернуть ему шею. В письме я не смею говорить подробнее.
Арамис».— Ну, это не такое уж трудное дело, — сказал Портос.
— Напротив, — мрачно сказал д’Артаньян, — оно невыполнимо.
— Почему?
— Потому что мы едем именно к этому Мордаунту в Булонь и вместе с ним отправимся в Англию.
— Ну а что, если вместо этого Мордаунта мы поедем к нашим друзьям? — сказал Портос с таким выразительным жестом, что это испугало бы целую армию.
— Я уж сам об этом подумываю, — сказал д’Артаньян. — Но на письме нет ни числа, ни штемпеля.
— Это верно, — сказал Портос.
И он забегал по комнате, жестикулируя, как сумасшедший, и поминутно вытаскивая на треть шпагу из ножен.
Что касается д’Артаньяна, то он стоял с унылым видом, и на лице его была глубокая печаль.
— Ах, как это нехорошо, — говорил он. — Атос нас оскорбляет, желая умереть один. Это нехорошо.
Мушкетон, видя отчаяние обоих друзей, заливался слезами в своем углу.
— Довольно, — сказал д’Артаньян, — все это горю не поможет. Поедем проститься с Раулем, как мы уже решили. Быть может, и он получил известие от Атоса.
— В самом деле, это мысль! — воскликнул Портос. — Право, мой дорогой д’Артаньян, не знаю, как вам это удается, но у вас всегда являются прекрасные мысли. Поедем проститься с Раулем.
Они сели на коней и поехали. Приехав на улицу Сен-Дени, друзья застали там большое стечение народа. Герцог Бофор только что прибыл из Вандома, и коадъютор представлял его восхищенным и радостным парижанам.
С герцогом Бофором во главе они считали себя теперь непобедимыми.
Друзья свернули в переулок, чтобы не встречаться с принцем, и подъехали к заставе Сен-Дени.
— Правда ли, — спросили часовые у наших всадников, — что Бофор приехал в Париж?
— Конечно, правда, — ответил д’Артаньян, — и он послал нас навстречу своему отцу, господину до Вандому, который тоже сюда едет.
— Да здравствует Бофор! — крикнули часовые.
Они почтительно расступились, чтобы пропустить посланцев великого принца.
Выехав из города, наши герои, не знавшие усталости и никогда не падавшие духом, понеслись во весь опор; их лошади летели, а они не переставая говорили об Атосе в Арамисе.
Мушкетон испытывал невообразимые муки, но как добрый слуга утешался сознанием, что оба его господина тоже немало страдают, хотя и по-другому. Ибо он уже привык смотреть на д’Артаньяна как на своего второго господина и повиновался ему даже лучше и быстрее, нежели Портосу.
Лагерь французской армии был расположен между Сент-Омером и Ламбом.
Друзья сделали крюк до самого лагеря и подробно рассказали про бегство короля и королевы, о чем до армии дошли пока только смутные слухи. Они нашли Рауля близ его палатки лежащим на охапке сена, из которой лошадь его потихоньку щипала клочок за клочком.
Глаза