Двойная осторожность стр. 245
смахивает.
— Он что-нибудь сказал?
— Что-то насчет того, что я не тот, кто он думал, и еще насчет чьей-то матери...
— Как ты мог это слышать, если он тебя оглушил?
Я объяснил.
— Все ничего, только теперь на голове шишка и причесываться больно, — сказал я. — Так что не беспокойся.
Потом мы еще минут шесть потолковали о том о сем, а под конец Джонатан спросил:
— Ты будешь дома завтра вечером?
— Да, наверно.
— Я, возможно, тебе перезвоню.
— О'кей.
Я не стал спрашивать зачем. У него была привычка не отвечать прямо на заданные в лоб вопросы, если он не считал нужным, а его уклончивая реплика говорила о том, что сейчас как раз такой случай.
Мы дружески попрощались, и я лег с Касси в постель, занявшись любимым делом.
— Как ты думаешь, нам это когда-нибудь надоест? — спросила она.
— Спроси меня, когда нам будет лет по восемьдесят.
— Так долго не живут! — сказала она. Нам и в самом деле обоим так казалось.
Касси каждый день ездила на своей маленькой желтой машине в Кембридж и там по восемь часов сидела в конторе, обсуждая закладные. Голова у нее была вечно набита всякими терминами вроде вкладов под проценты и досрочной выплаты, и я временами думал, как странно, что она в свои двадцать пять лет не стремится меня захомутать.
Я раньше уже пробовал жить вместе с женщиной: почти год прожил вместе с хорошенькой блондиночкой, которая мечтала выйти замуж и завести потомство. Я с ней задыхался, сбегал от нее в Южную Америку и вообще вел себя ужасно, если верить ее родителям. Но Касси была не такая. Может быть, и он мечтала о том же, но вслух этого не говорила. Возможно, она понимала, так же как и я, что у меня все же достаточно силен инстинкт родного гнезда и что, где бы меня ни носило, все равно я в конце концов возвращаюсь домой, в Англию. Когда-нибудь, думал я, когда-нибудь, в отдаленном будущем... и возможно, даже вместе с Касси... может быть — может быть! — и при благоприятных условиях, — я таки куплю себе дом...
В конце концов, в случае чего дом всегда можно продать.
На следующий вечер Джонатан позвонил снова и сразу взял быка за рога.
— Помнишь то лето, когда Питер Кейтли погиб от взрыва на катере? спросил он.
— А то как же! Когда твой родной брат оказался замешан в дело об убийстве, этого так легко не забудешь.
— Да, но это же было четырнадцать лет назад... — сказал он с сомнением в голосе.
— Все, что было с тобой в пятнадцать лет, запоминается очень отчетливо и остается в памяти навсегда.
— Ну, наверно, ты прав. По крайней мере, ты помнишь, кто такой Анджело Гилберт?
— Ну да, тот бандюга.
— Да, если можно так выразиться. Так вот, я думаю, что тот человек, который ударил тебя по голове, — это он и был.
Ну и умеет же мой братец ошарашить человека! Я аж задохнулся. И с трудом выдавил:
— Ты так спокойно об этом говоришь?!
Впрочем, он всегда говорил спокойно. Джонатан и в самой критической ситуации говорил и действовал так, словно ничего необычного не происходит.
Я помню, как-то, когда я был еще маленьким, он вынес
меня