Библиотека

Двойная осторожность стр. 287

Размер шрифта
-
+
Тема

довольно большую, но не ошеломляющую.

«Выигрывали ли эту дистанцию потомки отца лошади?»

Я заглянул в каталоги — на это времени потребовалось значительно больше — и ответил «Да».

«Потомки матери?» «Да».

«Шансы лошади оцениваются как двадцать к одному или ниже?» «Да».

«Случалось ли жокею выигрывать на классических дистанциях?» «Да».

«Случалось ли тренеру выигрывать на классических дистанциях?» «Да».

«Другие лошади?» «Да».

Я снова вернулся к началу и повторил ту же операцию для каждой лошади, которая участвовала в скачке. Вопросы не всегда были одни и те же: если ответы были другие, вопросы иногда менялись. О некоторых лошадях задавали гораздо больше вопросов, чем о других. Мне понадобилось не меньше часа, чтобы отыскать ответы на все вопросы, и я подумал, что, если когда-нибудь займусь этим делом всерьез, надо будет сделать более удобные таблицы, чем те, которые имеются в каталогах. Когда я наконец ответил «Нет» на вопрос «Другие лошади?», то получил ответ, который не оставлял сомнений в гениальности Лайэма О'Рорке.

Список возглавлял Дженотти. На втором месте оказался аутсайдер, на третьем — лошадь, которая вырвалась вперед в самом начале. Именно в этом порядке они и пришли к финишу. Я не верил своим глазам.

— Что, что-то не так? — внезапно спросила Рут. — У вас такой вид озадаченный...

— Нет-нет, все верно...

— Да, это настораживает! — Рут улыбнулась. — Если я сразу получаю ожидаемый результат, я проверяю, проверяю и проверяю. Почивать на лаврах не годится. Кофе хотите?

Я согласился, и она сварила кофе с той же быстротой, с какой делала все остальное.

— Сколько вам лет? — спросил я.

— Двадцать один, а что?

— А я думал, что вы закончили университет.

— Я защитилась в двадцать лет и один месяц. А что такого? Хотя, конечно, пришлось пробиваться. В наше время все такие медлительные... Сорок лет назад бывало, что люди защищались и в девятнадцать, и даже раньше. А теперь все помешались на календарном возрасте. К чему? Зачем ставить людям палки в колеса? Жизнь и так ужасно короткая. В двадцать лет шесть месяцев сдала на магистра. Училась одновременно на двух факультетах. Никто не знал.

Я не распространялась. Теперь вот докторскую пишу. Вам не скучно?

— Нет, — искренне ответил я.

Она улыбнулась, словно летнее солнышко. Улыбка мелькнула и исчезла.

— Папа говорит, я зануда.

— На самом деле он так не думает.

— Он хирург, — сказала она так, словно это все объясняло. — И мама тоже. Оба страдают комплексом вины. Надо отдавать людям больше, чем ты получаешь, и все такое. И ничего не могут с этим поделать.

— А вы?

— Пока не знаю. Я и отдавать-то особо не могу. Я ведь не могу получить работу, для которой гожусь. Они смотрят на то, сколько мне лет, и по этому судят. Просто убийственно! При чем здесь возраст? Они дадут мне эту работу в тридцать, хотя я куда лучше могу ее делать сейчас. Поэты и математики лучше всего работают до двадцати пяти. И что им остается?

— Работать самому, — сказал я.

— Господи! Вы понимаете? Вы зря тратите время, занимайтесь вашими программами. Не надо мне говорить, что делать. Я состою в научноисследовательском обществе. И что я ищу? Что надо искать? Где неведомое, непознанное? В чем вопрос?

Я беспомощно покачал головой.

— Остается

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.