Дворы Хаоса стр. 326
очертило мне наиболее трудные участки, и здесь я задействовал желание — волю, если так больше нравится, — чтобы поторопить нас на ослепительном пути, безрассудно вытягивая силы из Рэндома, чтобы подстегнуть процесс.
Мы словно шли по светящимся внутренностям огромной и хитроумно изогнутой спиралью раковины. Только наш поход был беззвучен, и сами мы
— освобожденные от телесной оболочки точки разума.
Наша скорость, казалось, постоянно возрастала, как и головная боль, которой я не помнил по первому путешествию в узоре. Наверное, она была результатом моей усталости или попытки излишне поторопить события. Мы ломились сквозь барьеры; нас окружали ровные, текучие стены свечения. Я чувствовал, что становлюсь легче, у меня кружилась голова. Но я не мог позволить себе ни роскоши обморока, ни движения помедленнее, если буря так близко, как я помнил. И вновь, по-прежнему сожалея, но я вытянул силы из Рэндома, — на этот раз просто чтобы оставить нас в игре. Мы летели вперед.
Сейчас я не испытал ни покалывания, ни огненного ощущения формирующегося бытия. Должно быть, результат настройки. Первоначальный проход должен был обеспечить мне небольшой иммунитет в этом отношении.
Спустя безвременной интервал мне показалось, что Рэндом спотыкается. Наверное, я слишком много высосал у него энергии. Я задумался, оставлю ли я Рэндому достаточно сил, чтобы справиться с бурей, если и дальше стану опираться на него. Я решил больше из него ресурсов не тянуть. Мы здорово продвинулись по пути. Если что, Рэндом, наверное, сумеет продолжить и без меня. Мне просто нужно держаться, — это лучшее, что я сейчас могу. Лучше здесь потеряюсь я, чем мы оба.
Мы неслись дальше, ощущения бунтовали. Вновь головокружение. Я направил волю только на наше продвижение, а все остальное силой изгнал из головы. Казалось, мы приближаемся к цели, когда началось затемнение, которого — судя по моему опыту — быть не должно. Я подавил панику.
Это было нехорошо. Я чувствовал, что теряю сознание. Так близко! Я был уверен, что мы почти дошли. Так легко было бы…
Все поплыло прочь от меня. Последнее ощущение: Рэндом забеспокоился.
Под ногами у меня мерцало что-то оранжевое и красное. Угодил ли я в некую астральную преисподнюю? Я продолжал всматриваться, пока восприятие медленно не реанимировалось. Свет был окружен тьмой и…
Голоса, знакомые…
Все прояснилось. Я лежал на спине, ногами к костру.
— Все в порядке, Корвин. Все в порядке.
Это говорила Фиона. Я повернул голову. Фиона сидела на земле возле меня.
— Рэндом? — сказал я.
— С ним тоже все в порядке… отец.
Справа сидел Мерлин.
— Что случилось?
— Рэндом вытащил тебя назад, — сказала Фиона.
— Настройка наладилась?
— Он думает, да.
Я с трудом сел. Фиона попыталась уложить меня обратно, но я все равно сел.
— Где он?
Она указала взглядом.
Я посмотрел и увидел Рэндома. Он стоял спиной к нам метрах в тридцати на скальном уступе, лицом к буре. Она теперь была очень близко, и ветер трепал его одежды. Линии молний перекрещивались перед ним. Гром гудел почти постоянно.
— Сколько… он там? — спросил я.
— Всего несколько минут, — отозвалась Фиона.
— Столько прошло… после нашего возвращения?
— Нет, — сказала она. — Ты долго был без сознания. Рэндом сначала поговорил с остальными, затем приказал войскам отходить. Бенедикт увел их всех к черной дороге. Они