Джоанна Аларика стр. 108
Я могу стенографировать?
— Нет уж, пожалуйста, без стенограмм. Боюсь, что вы путаете писателя с репортером, сеньорита Джоанна.
— Я ничего не путаю, — сердито отозвалась «сеньорита Джоанна» и тут же улыбнулась. — Но вы, пожалуйста, расскажите поподробнее, прошу вас.
— Да мне, собственно, нечего и рассказывать. До самого последнего момента я вообще ничего не знал… Ну, говорили, что готовится переворот, но что и как, это для меня было тайной. А потом, уже девятнадцатого… в общем, чтобы было понятно, я был тогда на первом курсе, жил в комнате с одним приятелем— он был на третьем. И он, каналья, ничего мне не говорил, хотя участвовал в заговоре. Но мы с ним были большие друзья, еще с детства, поэтому, когда девятнадцатого его схватил приступ — а он, знаете ли, вечный малярик, — то он попросил меня пойти вместо него в одно место и передать то-то и то-то…
— Что именно? — спросила Джоанна, слушавшая с горящими глазами.
— Да это несущественно, нужно было только сказать, что он выполнял то поручение, которое по плану ему полагалось. Он там должен был наладить контакт с некоторыми офицерами форта. Ну, он мне все это объяснил, дал свой браунинг, и я поехал в кабаре «Сирое», знаете?
— Да, знаю. То есть внутри я, конечно, никогда не была…
— Ну вот. Приехал я туда, а там уже собралось человек двенадцать. Сказал пароль, получил отзыв…
— Вы их еще помните?
— «Конституция» и «Демократия». В общем я передал все, что полагалось, и остался с ними, поскольку я уже все равно оказался замешан. Возможно, они меня уже и не выпустили бы, — засмеялся Мигель, — даже пожелай я уйти. Приехал я туда в одиннадцать часов вечера, мы сидели и пили — словом, разыгрывали обычный студенческий кутеж. В час ночи вызвали такси, расселись в трех машинах и поехали к форту «Гуардиа-де-Онор».
— Зачем?
— Вы меня лучше не перебивайте, — с досадой сказал Мигель. — Нас должны были ввести в форт под видом арестованных, понимаете? Чтобы содействовать захвату арсенала. Ну, а пока мы приехали, восстание в форту началось раньше времени, и все было кончено, форт был уже захвачен. Тогда нас вооружили автоматами, дали каждому по десять человек солдат и отправили брать другой форт — «Матаморос».
— Небо, как интересно! И вы его брали?
— Да нет, — засмеялся Мигель, — по дороге выяснилось, что я не умею ни командовать своими десятью солдатами, ни даже стрелять из автомата. Меня с позором отстранили от командования и отправили помогать вывозить оружие из арсенала.
А потом началась артиллерийская дуэль — из форта «Сан-Хосе» правительственные войска стали обстреливать «Гуардиа-де-Онор», а мы стреляли по
«Сан-Хосе», и так удачно, что с третьего выстрела взорвали артиллерийские погреба.
— Да, от «Сан-Хосе» ничего не осталось, я видела, — вздохнула Джоанна.
— Вы были тогда в столице? — спросил Мигель.
— Нет, — с сожалением покачала она головой, — за несколько дней до этого папа увез меня домой… Он был близок к генералу Понсе и чувствовал, что что-то будет. Ну и увез.
— А вы, собственно, из каких Монсонов? — поинтересовался Мигель.
— Не из «политических», — засмеялась Джоанна, — у отца плантация в департаменте Эскинтла. Вообще это очень распространенная фамилия, знаете ли… Ну, а еще подробности, дон Мигель?
— Да я ведь сейчас и не все помню: как-никак четыре года прошло.