Джоанна Аларика стр. 58
головой, заправляя волосы под резиновую шапочку. — Почты еще не было?
— Нет еще. Там приехал этот, с лакированной головой…
— Лиценциат? Тем больше оснований удрать в бассейн. Ты убери у меня немного, здесь совершенно дикий беспорядок…
Дорожка была вымощена белыми плитками неправильной формы, между которыми росла декоративная травка. Осторожно ступая босыми ногами, Джоанна не прошла и половины, когда ее окликнул знакомый голос. Она оглянулась: лиценциат в теннисном костюме догонял ее торопливым шагом.
— Добрый день, сеньорита Джоанна, разрешите к вам присоединиться?
Джоанна страдальчески поморщилась и переступила с ноги на ногу.
— Присоединяйтесь, — кивнула она. — Не обращайте внимания, это я не из-за вас…
— В такую жару я не рекомендовал бы вам ходить босиком по камню, вы можете сжечь себе ступни.
— Благодарю за совет, они уже наполовину обуглились. Ну, скорее в бассейн, раздеться можно на ходу.
— С вашего позволения… я не собирался плавать, мне нужно поговорить с вами по делу… если разрешите…
— По делу — в такую жару? Вы неисправимый бизнесмен, дон Энрике. Хорошо, тогда подождите пять минут. Ай, мои пятки!..
Бросившись в воду с невысокого трамплина, Джоанна вместо пяти минут проплавала добрых тридцать, потом поднялась по трапу и села на верхнюю ступеньку, болтая в воде ногами.
— Я вас слушаю, — сказала она, стащив резиновую шапочку и встряхивая
волосами. — Что же вы стоите? Вон шезлонг, несите его сюда и садитесь.
Молодой адвокат торопливо повиновался: теперь вечернее солнце било ему прямо в лицо, и, может быть, потому он явно чувствовал себя не в своей тарелке.
— Видите ли, сеньорита Джоанна, — начал он сбивчиво, — я буду краток, потому что… Надеюсь, с вами можно обойтись без преамбул… Хотя я отлично в курсе… Вы безусловно ошибаетесь во многом…
— В чем именно, дон Энрике? — спокойно спросила Джоанна.
— В ваших взглядах на сегодняшнюю внутреннюю ситуацию Гватемалы… Это безумное правительство ведет нашу страну к полному краху… В столице я вращался в весьма осведомленных кругах, и… Разумеется, обо всем этом не скажешь так, сразу… Тем более это очень сухая материя для немужского ума…
— Не бойтесь за мой ум, лисенсиадо Гарсиа, я не один год изучала сухие материи. Если можно, более конкретно.
По-видимому, конкретность мышления не являлась свойством мужского ума дона Энрике. Он говорил долго и бессвязно, путаясь в цифрах и фактах. Джоанна слушала его, чуть приподняв брови, следила за причудливой игрой расплывчатых солнечных пятен на дне и стенках бассейна, выложенных бирюзовым кафелем, и от души жалела будущих клиентов молодого адвоката. Наконец ей надоело.
— Простите, — сказала она, оборвав его на полуслове. — Насколько я понимаю, это все еще только преамбула, хотя вы сказали, что обойдетесь без нее. Перейдем же к делу, если это вас не затруднит.
— Слушаюсь, сеньорита Джоанна, — поспешно согласился дон Энрике. — Дело вот в чем. Я не сомневаюсь, что вы, как и вся честная молодежь Гватемалы, не можете оставаться равнодушной к судьбам родины…
— Безусловно нет.
Адвокат замялся. Джоанна подняла на него спокойные глаза.
— Я слушаю вас, дон Энрике.
— Дело вот в чем… Скажу вам по секрету, Гватемала скоро будет свободной. Скорее, чем думают… У нас есть много друзей в лимитрофах… Для того чтобы облегчить, м-м-м… этот процесс, внутри страны создана подпольная организация — главным образом молодежь… студенты… Вы